ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мечта любого попаданца. Оказаться в мире Средневековья и иметь доступ к благам мира своего. Вот один такой оказался. Только тихо наживать богатство, маскируясь под доктора, у него не получилось. Лекарь Иван Владимирович Булавин Глава первая Кровавые брызги красным веером окропили придорожные кусты. Несчастный разбойник и понять не успел, что произошло. Двое других оказались куда умнее, а потому уже вовсю убегали, продираясь сквозь кусты с решимостью бешеного лося. — На что эти недоумки надеялись? — спросил Эдмунд, здоровенный молодой орк, выдёргивая секиру, застрявшую в позвоночнике жертвы. Видели картинки стрельцов с бердышем, вот такая же игрушка, только орк мой её одной рукой пользует. Он, собственно, не совсем орк, мама у него русская… что я несу? Ну, вы поняли, мама — человек, а папа орк. При этом выглядит он как стопроцентный орк, такая же серая, как у трупа кожа, чёрные волосы, раскосые чёрные глаза и обязательные клыки, торчащие из-под нижней губы, а какая-то хитрая комбинация генов позволила ему вырасти великаном даже по орочьим меркам. Где-то два десять ростом и комплекцией любого бодибилдера засмущает. Однако же, свои его не привечают, полукровок нигде не любят. Имя у него человеческое, от матери. Скитался по миру, да вот, ко мне прибился. — Не, знаю, Эдмунд, видать, с голодухи смелые стали. — Я впихнул двустволку обратно в седельный чехол. — Старшой, — орк вытащил-таки секиру и протирал лезвие травой, — а труп не нужен? Поковыряться там, изучить? — Такой — нет, — они почему-то вбили себе в голову, что врач должен денно и нощно ковыряться в трупах. Не спорю, дело полезное, но для этого нужно иметь второй комплект инструментов. Делать операцию живому человеку тем инструментом, которым ковырялся в трупе, — проще сразу пристрелить. — Зачем второй раз бил? — Привычка, — полуорк пожал плечами и, вскинув секиру на плечо, продолжил путь. Остальные также понуро дви

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Нет, сил и воли ему хватит. Собственного дядю без разговоров обезглавил, так что и с остальными недовольными не станет миндальничать. Что весьма правильно. Есть феодал, есть проблемы, нет феодала, нет проблем.

А сейчас мы вместе двинули в сторону столицы, где всё было готово к приёму нового короля и обряду коронации. Старого короля похоронили, не дождавшись нас. Его бренные останки теперь лежали в фамильном склепе, где так же хоронили много поколений его предков. Дорн навестил место захоронения сразу после прибытия, приложился к плите, на которой выпуклым барельефом мыл изображён старый король в доспехах, короне и с мечом в руках. Немного всплакнул, стараясь не поворачиваться к сопровождавшим его аристократам. Потом он встал и, тяжело вздохнув, отправился во дворец принимать корону. Правильно. Мёртвым — память, живым — жизнь. Все там будем.

Процедура коронации была длинной и запутанной. В моём мире этим занимались представители религии. Они венчали на трон, подтверждая, что власть монарха от бога. Да только в королевстве присутствовало несколько разных культов, и ни один из них не мог даже претендовать на средневековый авторитет католической церкви. Соответственно, местного аналога папы римского или хоть кардинала, просто не существовало.

Часть церемонии я пропустил, прибыл уже тогда, когда читали молитвы, причём каждому богу по очереди. Здесь я мог полюбоваться на жрецов, которые поочерёдно славили каждый своего бога. Потом, когда эта нудная процедура, занявшая примерно два часа, была окончена. Король прошёл в тронный зал, где на столе стоял какой-то очередной магический камень. Дорн положил на него руку, а окружающие начали скандировать «Король! Король!». Никаких магических эффектов я не заметил, хотя глава магической Академии присутствовал и стоял рядом с важным видом. Потом новоиспечённый король сел на трон. На него водрузили корону. Причем железную, начищенную до блеска. Кто-то из жрецов побрызгал на него водой и, вроде бы, вином. В руки ему один из герцогов вложил старый меч, сильно попорченный ржавчиной. Как я понял из сопроводительной речи, это был тот самый меч, которым один из его предков когда-то добыл себе этот самый трон. Трон, кстати, был понятием условным, простой деревянный стул с высокой спинкой, явно сделанный недавно и почти без украшений. Просто возвышенное место, на котором восседает монарх и свысока поглядывает на подданных.

А дальше был праздничный пир, где я так напился, что ничего больше не помню. Проснулся утром в своих апартаментах. Рядом сидела Алиса и обиженно надувала пухлые губы. Оказывается, она пол ночи пыталась меня воскресить, но все её старания и опыт не справились с мощной дозой алкоголя.