– А что это за подразделение?
– Николай Павлович, в ближайшее время будет обнародован указ о назначении цесаревича наместником Дальнего Востока. Для его охраны будет создан личный конвой наследника. Он будет состоять из лейб-гвардейских взводов казаков Кубанского, Забайкальского, Амурского и Уссурийского войск. Штатное расписание ещё утрясают, но предварительно: командир конвоя, три помощника, казначей, четыре командира взводов и сто шестьдесят казаков. Кроме того, будут приданы секретные агенты в количестве тридцати человек.
– А какую должность займете вы, Тимофей Васильевич?
– Одного из ваших помощников, который будет отвечать за работу секретных агентов и личников цесаревича.
– Вы так уверены в моём назначении?
– Не знаю почему, но уверен, Николай Павлович. Более подробно обсудим всё после высочайшей аудиенции. А теперь давайте перекусим, а потом направимся во дворец. Теперь надо пройти много охранных регламентов, прежде чем попадешь на приём к государю.
Эпилог
Я стоял на том же месте палубы парохода «Вестник», на которое упал, когда в меня попала пуля, выпущенная, предположительно, японским снайпером. Она предназначалась будущему императору Николаю Второму, но я её принял на себя. Точнее, прыгнуть на пересечение траектории пули тело заставил его настоящий хозяин – Тимоха Аленин. После этого его составляющая ушла, а в этом теле осталось только моё сознание.
Я провожал глазами дерево на острове Разбойный, откуда стрелял снайпер. Высокая сибирская лиственница постепенно удалялась по левому борту назад по ходу парохода. В этот раз «Вестник» шёл по высокой воде через фарватер между островами.
За спиной раздался скрип открываемой двери. Я резко повернулся. Из дверного проема вышли двое казаков-личников Кубанского взвода. За ними на палубе появился цесаревич. С боков к нему сразу пристроилось двое казаков, которые стояли по бокам двери каюты.
«Хоть что-то начало получаться, – подумал я, глядя на эти перестроения. – Просил же Головачева набрать во взвод кубанцев молодёжь. Нет, млять. Две трети – заслуженные казаки-бородачи старше тридцати. А их попробуй переучи! Счас! Сопляк какой-то будет вразумлять их конвойной службе. Мы, чай, уже кто два, а кто и три раза на сверхсроке отслужили. И в других взводах, чувствую, будет такая же хрень. Как же, в лейб-гвардии должны служить только лучшие из лучших».
– Ваше императорское высочество, вы слишком рано вышли из каюты, – между тем я обратился к Николаю.
– Аленин, как ты мне уже надоел своей опекой за эту дорогу! – наследник смотрел на меня с усмешкой. – Дай и мне посмотреть на то место, откуда в меня стреляли.
– Вон та лиственница, ваше высочество, – я указал рукой на отдаляющееся дерево.






