ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Кому сейчас интересны проблемы начальника охраны биотехнологического комплекса или поиски беглого топ-менеджера? Впрочем, не стоит торопиться. За обманчивой обыденностью повествования скрывается одно... Куколка Александр Лонс От автора В предисловии к своему знаменитому роману «Скандал с Модильяни» Кен Фоллетт писал: «В современном остросюжетном романе герой, как правило, спасает мир. В традиционных приключенческих историях все куда скромнее: основной персонаж спасает собственную жизнь и, возможно, жизнь верного друга или отважной девушки. В еще менее сенсационных произведениях — незамысловатых, но добротно написанных повествованиях, которые составляли основу читательской диеты более чем столетие, — ставки могут быть даже ниже, хотя все равно только собственные усилия героя, его борьба, его решения самым драматическим образом определяют в итоге судьбу этого человека. Я же никогда не верил, что подлинная жизнь устроена именно так. В реальности совершенно неподконтрольные обстоятельства определяют, жить нам или умереть, станем мы счастливее или несчастнее, приобретем богатство или ввергнемся в нищету...» Ничего другого не остается, как только согласиться с авторитетным мнением мастера. В то же время, определенная интрига, предполагающая хоть немного глобальных последствий, обязана присутствовать. Кому интересны проблемы начальника охраны биотехнологического комплекса или расследование исчезновения топ-менеджера предприятия? Читатель хочет приключений и чудес, желает разгадывать загадочные символы масонов, постигать сакральные тайны Ватикана веками хранимые в его подземельях, разбирать смертельно опасные письмена и совершать путешествия по лабиринтам прошлого. Впрочем, не стоит торопиться. За обманчивой обыденностью повествования скрывается одно из величайших преступлений начала XXI века… Представленный ниже текст носит фантастический характер, и не стоит его ассоциирова

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Закладка сохранилась, и я вошел. А там:

В некотором царстве, в отдаленном государстве… Нет, не так. Эх, было времечко, да минуло. Старики еще помнят, как лет этак, дцать назад, разрешалось писать, говорить и показывать что угодно, где угодно и как хочется. Ну не то чтобы разрешалось, не запрещалось, так скажем. Любыми словами и картинками выражаться можно было. А потом, как-то незаметно и тихо, стала вдруг наползать цензура. Сначала мягкими бесшумными шажками-советами редактора, а потом и прямыми жесткими указаниями и мерами на недопущение. На запрет употребления отдельных слов, упоминание некоторых личностей и событий. Места и предметы всякие принялись замазывать в фильмах, слова запикивать, а то и вообще вырезать. Надписи появились предупреждающие. Значки специальные стали на обложки чего угодно лепить. Обычно кружочки с цифрой и знаком «плюс». Но можно и так, без кружочка. Возрастное ограничение типа такое. Вроде как низя смотреть, читать и видеть тем, у кого возраст меньше, чем положено. Чем цифра на значке. А если что, если где нарушить, то у-у-у что будет! Что конкретно, никто толком не знает, оттого и особо страшно делается. Особливо жутко тогда, когда закон новый придумывают об ограничении, запрещении и недопущении. А если этот еще законопроект исходит от страшной старухи похожей на Бабу-Ягу, то особо ужасно и крайне неуютно становится. Как понимаете, это мы вам сказку такую рассказываем. Чтобы не очень скучно жить было…

На этом текст внезапно заканчивался, и по-прежнему без автора. Чем-то знакомый стиль. Будто сам писал. Как понимать? О чем это они? На что намекают? Что за фигня? А прежний-то контент где? Или перепутал что? Одни вопросы, причем вопросы крайне банальные. Да нет, не перепутал вроде. Все правильно. Пугает это как-то, настораживает. Может, я чего-то опять не понимаю в нашей текущей реальности?

Тут блямкнула эсэмэска:

«Верните пож-ста 300р. Ошиблась. Оля».

Ну вот, опять. Есть, существует такое давным-давно всем известное и частое телефонное жульничество: кто-то присылает сообщение, что на ваш счет поступили триста рублей, и, почти сразу, эсэмэска. Вот прямо как у меня. Верните деньги, ошиблась. Оля. У кого угодно есть хоть одна знакомая Оля. Как варианты — Ира, Юля, Аня, Вика и так далее. Имена сплошь женские, популярные и укороченные. Способ обмана настолько глупый, что даже трогательный своей наивностью: в норме сообщения о поступлении денег посылает бот телефонного оператора, а не кто-то живой с левого номера. Но я сейчас не о том. Настораживает, что подобные эсэмэски приходят мне только тогда, когда на счету остается всего триста рублей с копейками. Иными словами, если у меня нет бонусных кредитов, то «вернув» эти триста, я остаюсь без денег на телефоне, и никому не могу позвонить.