ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Кому сейчас интересны проблемы начальника охраны биотехнологического комплекса или поиски беглого топ-менеджера? Впрочем, не стоит торопиться. За обманчивой обыденностью повествования скрывается одно... Куколка Александр Лонс От автора В предисловии к своему знаменитому роману «Скандал с Модильяни» Кен Фоллетт писал: «В современном остросюжетном романе герой, как правило, спасает мир. В традиционных приключенческих историях все куда скромнее: основной персонаж спасает собственную жизнь и, возможно, жизнь верного друга или отважной девушки. В еще менее сенсационных произведениях — незамысловатых, но добротно написанных повествованиях, которые составляли основу читательской диеты более чем столетие, — ставки могут быть даже ниже, хотя все равно только собственные усилия героя, его борьба, его решения самым драматическим образом определяют в итоге судьбу этого человека. Я же никогда не верил, что подлинная жизнь устроена именно так. В реальности совершенно неподконтрольные обстоятельства определяют, жить нам или умереть, станем мы счастливее или несчастнее, приобретем богатство или ввергнемся в нищету...» Ничего другого не остается, как только согласиться с авторитетным мнением мастера. В то же время, определенная интрига, предполагающая хоть немного глобальных последствий, обязана присутствовать. Кому интересны проблемы начальника охраны биотехнологического комплекса или расследование исчезновения топ-менеджера предприятия? Читатель хочет приключений и чудес, желает разгадывать загадочные символы масонов, постигать сакральные тайны Ватикана веками хранимые в его подземельях, разбирать смертельно опасные письмена и совершать путешествия по лабиринтам прошлого. Впрочем, не стоит торопиться. За обманчивой обыденностью повествования скрывается одно из величайших преступлений начала XXI века… Представленный ниже текст носит фантастический характер, и не стоит его ассоциирова

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Это все нисколько меня не смущало, наоборот — вызывало чисто исследовательский интерес и повышало искреннее уважение к взрослым, идущим на такие сложности, трудности и жертвы ради появления детишек.

Мне исполнилось четыре с половиной года, когда моя бабушка вдруг перестала нас навещать и больше уже не приходила. С того самого момента жизнь моя переменилась, и для меня настали тяжкие времена…

9. Картина маслом

Проснулся я без пяти минут десять от противного звука, который никто из жителей панельных многоэтажек никогда и ни с чем не спутает. Сосед снова взялся за свой любимый перфоратор и принялся сверлить смежную стену. Что там еще можно сверлить, интересно? Сон стремительно забывался, запомнился лишь самый последний эпизод с девушкой, и еще то, что кожа у нее была оливково-зеленого цвета. Почти десять, нормальное для меня время, а сосед — сука. Почти год уже ремонт делает, пора бы и перестать.

После такого пробуждения все осталось вроде как хорошо, только вот почему-то сохранилось стойкое ощущение, будто стерли из памяти нечто горестное, а об эмоциях забыли, хорошие воспоминания оставили, но при полнейшем унынии, раздражительности, мерзкой апатии и непонятной подавленности. Да еще этот сосед, чтоб его…

А, да. Вчера разорвали со мной контракт, но подтверждения пока не последовало.

Но не буду о грустном. Тем более что для официального, юридически значимого, разрыва договора такого письма явно недостаточно, процедура расторжения контракта подробно расписана в самом договоре. Значит что? Я по-прежнему работаю на Рогинского.

Контрастный душ частично вернул краски бытия и яркие прелести реальности, но обнаружилось вдруг, что завтракать совершенно нечем. Вчера хорошо поел в поезде (но дорого, черт возьми) поэтому ужинать не пришлось. А когда встал и привел себя в порядок, оказалось, что в холодильнике пусто. Не совсем конечно пусто, но почти. Помнил ведь, что еще перед отъездом позаботился, чтобы ничего скоропортящегося не оставалось. Мало ли что. Короче, отправился по магазинам на голодный желудок, иногда со мной такое случается. В ближайшем окружении присутствуют несколько магазинчиков со вполне приличным ассортиментом, один из которых носит гордое имя «Гастроном». Еще на подходе впереди замаячила бабка. Знаю я эту старушку. Ну, как знаю, вижу иногда и слышу. Удовольствие, без которого вполне можно обойтись, прямо скажем. Аккуратно одетая, ухоженная седенькая бабушка, только вот немного сумасшедшая. А возможно, что и много. Она всегда, то есть постоянно, ведет эмоциональные, содержательные, продолжительные и громкие беседы с кем-то невидимым для других граждан. То пеняет кому-то на психушку, что «вместо детского сада устроили», то еще что-то.