Поначалу она обиделась, но потом с улыбкой сказала: «Ты, оказывается, и кричать умеешь?» После этого мы стали все друг другу рассказывать, заранее говорить, есть какие-то планы или нет. Но разные мелкие недомолвки возникали довольно часто.
Я же не знала ничего об отношениях, о том, как принято между людьми! Анджела стала для меня первым тренажером. Первой репетицией чувств.
– Почему ты ведешь себя как кошка? – возмущалась она.
– Как это? – Я не понимала, что она хочет сказать.
– Ты все время пытаешься улизнуть, – старалась объяснить Анджела, но получалось не очень, – я тебя держу, а ты ускользаешь. Раз – и тебя уже нет.
– А как я должна себя вести? – Я не улавливала, чего она от меня хочет. – Я такая всегда.
– Но так же нельзя! – расстраивалась она. – Ты ррраз – и ускользнула, ррраз – и ускользнула. Зацепиться не за что!
– Я по-другому не умею, – я терялась от таких разговоров, – я не понимаю, о чем вы говорите.
Она, конечно, не изучала психологию детей с нарушением привязанности. Не заостряла внимания на том, что меня никто не ласкал в детстве, не обнимал, не брал на ручки, не сажал на колени. Что самый чувствительный сенситивный период, ранее детство, прошел мимо – без тактильного контакта, душевной близости и тепла. Мне тяжело давались самые простые прикосновения, я трудно встраивалась в социуме – это были самые прямые последствия того, что младенчество я провела одна, без любви и заботы. Анджела тоже не училась в Школе приемных родителей, поэтому ей трудно было понять, что между нами происходит. Что со мной невозможно так же, как с остальными людьми: у меня внутри сбиты настройки.
Я и сама все это смогла понять, только когда прошла школу наставников, стала ходить на семинары для приемных родителей в «Арифметике добра» и читать книги, которые рекомендовали психологи. Благодаря новым знаниям я уже лучше понимала саму себя – анализировала собственные реакции, а там все как в учебнике.
Стало ясно, что мне нужно специально учиться принимать внимание и заботу. Знать, что, если кто-то добр ко мне, это не значит, что я должна платить ему в ответ чем-то материальным. Наверное, раньше в глубине души я считала, что не заслуживаю внимания. А теперь благодаря Анджеле постепенно привыкала к мысли, что меня можно любить просто так. Только за то, что я есть на этом свете. Это было очень важное открытие и незаменимая психологическая связь со взрослым человеком, которая готовила меня к будущим отношениям с мужем и собственными детьми. Ведь когда-то они у меня должны были появиться!
Анджела стала первым человеком, с кем я все это осознала и кого к себе подпустила. Почему именно она? Наверное, просто все так удачно совпало.
Я отпустила мать. Перестала цепляться за ее выдуманный образ. А Анджела оказалась рядом в нужный момент.






