ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Тай похищает 16-летнюю Джемму в аэропорту Бангкока. Первое время девушка пытается защититься и сбежать, но постепенно проникается личностью странного молодого человека и начинает понимать его посту... Взаперти Люси Кристофер Lucy Christopher STOLEN © 2009 Lucy Christopher Russian language edition copyright © 2020 by Mann, Ivanov and Ferber. All rights reserved. Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав. © Перевод на русский язык, издание на русском языке ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2020 * * * – Рядом с дьюти-фри есть банкомат. Кто-то встал у меня за спиной, я обернулась. – Давай я заплачу, – сказал ты. Голос звучал негромко и мягко, акцент был незнакомым. От твоей рубашки с короткими рукавами пахло эвкалиптом, на щеке виднелся шрамик. Ты смотрел так пристально, что я растерялась. Купюру ты держал наготове. Иностранные деньги. Улыбался мне. Кажется, я тебя не поблагодарила. За это извини. Ты забрал у Кенни кофе. Стенки бумажного стаканчика немного смялись под твоими пальцами. – Сахар? Один пакетик? Я кивнула, смущенная тем, что ты рядом – говоришь со мной. Ну, ты понимаешь. – Не беспокойся, я сам, – произнес ты и указал туда, где только что сидел. На столик между двумя искусственными пальмами, у окна. Я мялась: идти или нет. Но ты легонько коснулся моей спины – даже сквозь ткань топика я почувствовала, какая рука горячая. – Да ладно, всё норм, я не кусаюсь, – мягко произнес ты. – Других мест всё равно нет – если, конечно, не хочешь сесть вон там, с семейкой Аддамс. Я оглянула пустые места по соседству с большим семейством. Двое младших детей ползали по столу, родители собачились возле них. Интересно, вот если бы я тогда села с ними? Мы, наверное, поболтали бы о детских каникулах и молочных коктейлях с клубникой. А потом я вернулась бы к родителям. Я снова

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

По ее глазам я видела, что она до сих пор не представляет, в какой мере я осталась под твоим влиянием.

Я улыбнулась, поблагодарила ее, попыталась успокоить.

– Ты права, это безумие, – спокойно согласилась я.

И мама засуетилась, стала собирать вырезки, не дожидаясь, когда я дочитаю их.

– А ты не хочешь обратно в Лондон? – спросила она. – До суда? Тогда и мы сможем подготовиться. Вероятно, тебе нужно время, чтобы разобраться в своих мыслях, побыть среди друзей?

Я неуверенно кивнула.

– Я просто хочу, чтобы всё закончилось. Всё сразу.

* * *

В Перте нам предстояла пересадка на рейс до Лондона. А там, дома, – ожидание суда. До тех пор полиция должна была собрать доказательства против тебя, а я – поработать над своими показаниями. Мне предстояло снова ходить в школу, если я буду в силах, и продолжать посещать психотерапевтов. Мама открыто заявила об этом в разговоре со мной.

– А через несколько месяцев жизнь наладится, – пообещала она. – Вот увидишь. Всё утрясется.

О тебе удалось разузнать немногое. Тебя содержали в заведении строгого режима где-то в Перте. В одиночной камере. Тебя не выпустили под залог до суда, ты ни с кем не общался. Вот и всё, что смогли сообщить мне полицейские. По всей видимости.

До Перта я летела, сидя у окна. Самолет был маленький, только для нас, на взлете он трясся и дребезжал. Странно очутиться на борту единственными пассажирами. Наверное, рейс оплатило британское правительство. Я позвала стюардессу и попросила стакан воды. Его принесли сразу же.

Пока мы набирали высоту, я приложила ладонь к пластиковой оконной раме. Папа взял меня за другую руку и крепко сжал ее. Его гладкое золотое обручальное кольцо холодило мне пальцы. Он говорил о том, как мы снова заживем в Лондоне, о моих друзьях, которые присылали сообщения и с нетерпением ждали меня… об Анне с Беном.

– Можем пригласить их всех, – предложил он. – Устроим что-то вроде… вечеринки?

Его голос прозвучал вопросительно, и я кивнула, но на самом деле не слушала. Мне хотелось, чтобы папа умолк, хоть я и понимала, что он старается ради меня. Я закрыла глаза, и до меня вдруг дошло кое-что. Видимо, никто не имеет ни малейшего представления обо мне, о том, что я

на самом деле

думаю. Я как будто существовала в параллельном мире, где у меня были свои особые мысли и чувства, которые больше никто не понимал. Может, кроме тебя. Но даже в этом я не могла быть уверена.

Я прислонилась головой к окну, самолет содрогался под моим виском. Я смотрела на землю внизу. Сверху пустыня выглядела такой многоцветной… с таким обилием оттенков коричневого, красного и оранжевого. С белыми вкраплениями пересохших рек и соляных озер. С темной рекой, извивающейся по-змеиному. С чернотой пожарищ. С завитками, кругами, линиями и текстурами. С крошечными точками деревьев.