ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Медиум, который перестал разговаривать с призраками, и целительница, которая не захотела помогать людям, – смогут ли они жить обычной жизнью или от способностей, дарованных свыше, нельзя отказаться... Дар Наталья Васильевна Тимошенко Глава 1 18.. год С тех пор, как мать схватилась за огромный живот и со стоном упала на диван, а отец засуетился, забегал вокруг нее, не зная, что делать, прошло почти три дня. На свет готовился появиться уже пятый ребенок в большой семье, а он каждый раз терялся, как будто это было впервые. Тогда еще никто не знал, что снегом занесет всю деревню, а роженице понадобится помощь, потому за доктором не послали. Снег же не прекращался ни на минуту. Черная толстая туча, накрывшая деревню три дня назад, остановилась, зависла низко над землей и не собиралась никуда уходить. Сугробы намело такие, что приходилось откапывать дверь снаружи, чтобы выйти из дома. Снег залепил окна, кое-где добрался до крыш и заползал на них. В дымоходах завывал ветер, жалуясь на тяжкую долю и рождая в душах людей самые мрачные мысли. Крестьяне толпились у печей, а в большом доме помещика все время жгли свечи, чтобы было хоть что-то видно. День смешался с ночью. Поначалу из спальни, куда отнесли мать, слышались душераздирающие крики, от которых холодели руки и страх огромными волнами бежал по спине, но и они вскоре затихли. Со вчерашнего вечера из спальни доносились только бормотания повитухи да тревожный шепот слуг. Вызвать доктора теперь было невозможно, поскольку дороги замело так, что никакая лошадь по ним пройти не могла. Утром отец все же распорядился послать за доктором конюха пешком, но тот до сих пор не вернулся. Его жена плакала на кухне, жаловалась кухарке. – Что мне теперь делать? – спрашивала она, вытирая лицо грязным передником. – Не плачь заранее, – не слишком уверенно утешала ее кухарка Матрена. – Может, вернется еще твой Степан. А если не вернется, бари

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Может быть, это и есть потолок? И Соне уже просто не в чем ее превзойти? Рита всегда с определенным интересом ждала, в чем же проявится дар Сони, но теперь, когда Марк выяснил, что дара у нее нет, задумалась: может быть, пришел час расплаты целого рода за дарованные ему способности?

Чтобы вытеснить из головы эти мысли, она включила музыку погромче. Когда не слышно собственного внутреннего голоса, и думать намного тяжелее.

Город был забит под завязку, как консервная банка шпротами, поэтому Рита то и дело вставала в хвост очередной пробки и жалела, что не поехала на метро. Все торопились потратить деньги на подарки к предстоящим праздникам, возле торговых центров яблоку негде было упасть, поэтому к дому Веберов она добралась гораздо позже, чем рассчитывала.

В большом дворе было тихо и сонно. Маленькая машинка Елизаветы Дмитриевны стояла возле гаража, и растаявшие пятна на капоте выдавали, что хозяйка недавно вернулась. Сама Елизавета Дмитриевна выплыла ей навстречу из кухни, гостеприимно улыбаясь.

– Выпьешь со мной чаю? – предложила она. – Я только что вернулась и страшно замерзла. Хорошо, что Франц с Ириной еще не уехали, а то пришлось бы брать Гретхен с собой. Честное слово, я уже подумываю о том, чтобы уволиться.

Рита вежливо улыбнулась. На самом деле она не отказалась бы и от приличного обеда. Она со вчерашнего вечера почти ничего не ела: анализы следовало сдавать натощак, а потом поесть было негде. Шоколадный батончик из автомата на первом этаже поликлиники не мог считаться нормальной едой. Как будто прочитав ее мысли, Елизавета Дмитриевна спросила:

– А может быть, ты голодна?

– Не переживайте, – улыбнулась Рита. – Я только заберу Соню, поем дома.

– Девочка все равно спит, поэтому у тебя есть время пообедать, – безапелляционно заявила мама Марка. – Мой руки и приходи в столовую, я посмотрю, что там приготовила Галина.

Рита не стала спорить. Есть действительно очень хотелось. Правда, она не удержалась и после того, как вымыла руки, поднялась на второй этаж, где спала Соня. Оказалось, девочки снова спали вместе: и Соня, и Сабина, заботливо укрытые пушистым пледом, растянулись на широкой кровати, где обычно спали Марк и Рита, когда ночевали у его родителей. Девочки держались за руки и походили на настоящих сестер: обе светловолосые, с правильными чертами лица, уже утратившие младенческую пухлость, а потому понемногу приобретающие схожесть с отцами и дедом. Удивительно сильные гены оказались у Гедеона Александровича Вебера.

Рита осторожно подошла к кровати, наклонилась над дочерью и поцеловала в теплый лоб. Девочка пошевелилась во сне, причмокивая губами, как делала совсем маленькой, выпустила руку Сабины и перевернулась на другой бок.