ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Медиум, который перестал разговаривать с призраками, и целительница, которая не захотела помогать людям, – смогут ли они жить обычной жизнью или от способностей, дарованных свыше, нельзя отказаться... Дар Наталья Васильевна Тимошенко Глава 1 18.. год С тех пор, как мать схватилась за огромный живот и со стоном упала на диван, а отец засуетился, забегал вокруг нее, не зная, что делать, прошло почти три дня. На свет готовился появиться уже пятый ребенок в большой семье, а он каждый раз терялся, как будто это было впервые. Тогда еще никто не знал, что снегом занесет всю деревню, а роженице понадобится помощь, потому за доктором не послали. Снег же не прекращался ни на минуту. Черная толстая туча, накрывшая деревню три дня назад, остановилась, зависла низко над землей и не собиралась никуда уходить. Сугробы намело такие, что приходилось откапывать дверь снаружи, чтобы выйти из дома. Снег залепил окна, кое-где добрался до крыш и заползал на них. В дымоходах завывал ветер, жалуясь на тяжкую долю и рождая в душах людей самые мрачные мысли. Крестьяне толпились у печей, а в большом доме помещика все время жгли свечи, чтобы было хоть что-то видно. День смешался с ночью. Поначалу из спальни, куда отнесли мать, слышались душераздирающие крики, от которых холодели руки и страх огромными волнами бежал по спине, но и они вскоре затихли. Со вчерашнего вечера из спальни доносились только бормотания повитухи да тревожный шепот слуг. Вызвать доктора теперь было невозможно, поскольку дороги замело так, что никакая лошадь по ним пройти не могла. Утром отец все же распорядился послать за доктором конюха пешком, но тот до сих пор не вернулся. Его жена плакала на кухне, жаловалась кухарке. – Что мне теперь делать? – спрашивала она, вытирая лицо грязным передником. – Не плачь заранее, – не слишком уверенно утешала ее кухарка Матрена. – Может, вернется еще твой Степан. А если не вернется, бари

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Свою машину Марк отдал утром Рите, а мысль о том, чтобы сесть в незнакомое такси к незнакомому водителю, внушала Лере настоящий панический ужас. Марк не стал возражать: доехать до студии на большом тонированном внедорожнике казалось ему весьма привлекательной идеей.

По дороге он успел позвонить Рите и хоть в ее голосе энтузиазма не услышал, она все равно обещала приехать. Марк понимал, что она напугана и расстроена, но был уверен, что вместе с Лерой им удастся уже сегодня поговорить с этой рыжей бестией, будь она хоть трижды Смертью. Осталось только придумать, где и как выловить ее, ведь она не призрак, на призыв едва ли откликнется.

Лера все это время смотрела в окно, лишь немного нервно сжимая пальцами колени, но затем, когда он положил трубку, повернулась к нему.

– У тебя есть фотография твоей дочери?

Вопрос показался Марку таким неожиданным, что он ответил не сразу. Конечно, как у любого родителя, обожающего своего ребенка, фотографиями Гретхен у него был забит весь телефон, но он не ожидал такого вопроса от Леры. Наверное, она просто услышала его разговор с Ритой.

Он снова вытащил телефон, который уже успел положить в карман куртки, открыл галерею и вывел на экран один из недавних снимков Гретхен. На нем она счастливо улыбалась, стоя под елкой у его родителей, и прижимала к груди огромного плюшевого медведя, которого ей подарили Франц и Белль.

Лера рассматривала снимок очень долго, иногда увеличивая и поднося телефон к самым глазам.

– Прикольно, – наконец сказала она. – У нее твои глаза, волосы и губы, а вот нос и скулы Ритины. Как может один человек быть одновременно похожим на двух других?

Марк пожал плечами. По правде говоря, такие вопросы никогда его не волновали. И он был удивлен, что они могли заинтересовать Леру. Она сильно изменилась за то время, что они не встречались. Прежняя Лера вообще едва ли проявила бы какой-то интерес к чужому ребенку.

– Я видела свою сестру, – вдруг призналась она, чем удивила его еще больше. – Мы с ней похожи как две капли воды. Интересно, на отца или мать? Отца я не видела, а мать почти не запомнила. Все… произошло так быстро, и я была так взволнована.

Марк помолчал некоторое время, внимательно разглядывая ее в полутьме салона. На город уже спустились сумерки, тонированные стекла вбирали в себя остатки дневного света, потому он видел ее не очень хорошо.

– На отца, – все же признался он. – Вы обе похожи на отца. – Поймав на себе удивленный взгляд, Марк добавил: – Мы общались с ними, когда… все случилось. Они не стали на тебя заявлять, Лер.

Та лишь пожала плечами, как будто ей было все равно. Марк снова не узнавал ее. Прежняя Лера приходила в бешенство от одного только упоминания родителей, когда-то сдавших ее в детдом, жаждала выяснить их адрес и отомстить.