Его занесло. Инга могла уклониться. Но ее «БМВ» перевернулся трижды.
Инга умерла в машине скорой, а в это время добровольной пожарной команде в Дангасте удалось спасти из горящего дома двух прикованных к батарее мужчин.
* * *
Перед домом Шаардов одновременно остановились две машины. Из белого «С4» выпрыгнул Веллер. Из полицейского автомобиля выскочили Руперт и Сильвия Хоппе.
Веллер увидел в окне женщину, сидящую посреди разрушенной гостиной и пьющую молоко прямо из упаковки.
Сильвия Хоппе и Руперт позвонили в переднюю дверь, а Веллер подцепил крючком приоткрытое окно и залез в квартиру.
Им не пришлось бороться с опасной преступницей. В глубине души Нееле Шаард была даже рада, что все наконец закончилось.
Веллер спокойно сказал:
– Мы ищем чемодан. Он у вас.
Он с трудом заставлял себя находиться в этой квартире. Больше всего на свете ему хотелось быть рядом с Анной Катриной. Но он знал, что не может оставить коллег. Об этом его попросила Анна.
Нееле Шаард кивнула. На кухне Руперт осмотрелся и прошептал Сильвии Хоппе:
– Давно не видел такого свинарника.
– Ну так что? – нетерпеливо спросил Руперт.
– Чемодан у мужа, – сказала Нееле.
Веллер уточнил вполголоса, словно у них с Нееле Шаард была общая тайна:
– Он собирается сделать то, чего мы все боимся?
– Да, вероятно. Если еще не сделал.
– Где он сейчас?
– Знаете магазин остфризских молочных продуктов на Нордзеештрассе?
– Конечно.
– Там лежат открытые трубы…
Веллер бросился к машине.
– Задним числом мы все умные, – сказала Нееле Шаард Руперту и Сильвии Хоппе.
– Нет, – ответил Руперт, – не все. Некоторые страдают от похмелья, или становятся банкротами, или сидят в тюрячке.
* * *
Веллер пронесся по Норддайхерштрассе к Нордзеештрассе. В свете фар он увидел человека в защитной одежде, который что-то делал на трубах, побелевших от свежего снега.
Веллер направил на него пистолет и закричал:
– Руки вверх, полиция!
Юстус Шаард послушно поднял руки. Веллер подошел ближе, не сводя с него прицела.
У Юстуса в руке был пузырек.
– Если я уроню его, господин комиссар, то отравится вся округа…
– А если я выстрелю, то у тебя, придурка, появится во лбу дырка, – парировал Веллер и понадеялся, что ему никогда не придется отвечать за эти слова.
– Вы будете стрелять? – спросил Юстус.
– Ты бросишь пузырек с ядом? – спросил Веллер, подходя ближе. – Какая-нибудь дрянь уже попала в водопровод?
Юстус Шаард покачал головой.
– Тогда снимай свой клоунский наряд и сдавайся. Прокурор расценит это как добровольный отказ от преступления. Это может сыграть решающую роль в выборе между десятью и тридцатью годами заключения.
– Пристрелите меня, господин комиссар. Я не хочу и не могу так жить.
Веллер подошел и поднес пистолет к лицу Юстуса. Теперь он держал «Геклер и Кох» только правой рукой.






