Он мысленно попросил прощения у База Джезека – за все резкости, что наговорил ему в свое время. Теперь и Майлз узнал, как чувствует себя человек, парализованный страхом. Он не был храбрее База – просто ему никогда не доводилось испытывать ничего подобного. Как хорошо было бы сейчас вновь оказаться со своими дендарийцами и заняться чем-нибудь простеньким, вроде обезвреживания кассетной бомбы.
– Господи, а ну как все провалится? – пробормотал он.
Эти слова еще больше обеспокоили Айвена.
– Но ведь ты две недели мне вдалбливал, что внезапное появление – единственно правильный шаг. Убедил в конце концов. А теперь уж поздно менять план.
– Я не собираюсь ничего менять. – Майлз решительно смахнул со лба серебристый кружочек и вперился взглядом в высокую серую стену замка.
– Если мы еще немного так посидим, охрана нас заметит, – предупредил Айвен. – Может, развернуться и драпануть обратно в космопорт?
– Ты прав. – Майлз вздохнул. – Пора ступить на твердую землю.
– После тебя, – вежливо поклонился Айвен.
– Хорошо.
Решительно распахнув дверцу, Майлз вышел на каменистую площадку.
Они направились к воротам. Четверо высоченных парней в форме личной охраны императора внимательно следили за приближением братьев. Один из четверки, парень с крестьянским лицом, украдкой сделал в сторону Майлза пальцами «рожки» от сглаза. «С приездом домой», – поздравил себя Майлз. Он коротко кивнул часовым.
– Доброе утро, оруженосцы. Я лорд Форкосиган. Насколько мне известно, император пожелал, чтобы я прибыл на заседание.
– Чертов шутник! – усмехнулся охранник, отцепляя от пояса дубинку. Но другой схватил его за руку:
– Нет, Даб, это вправду он!
В вестибюле перед входом в большой зал заседаний их обыскали. Айвен все норовил заглянуть в щелочку, никак не давая офицеру, приставленному для проверки входящих на наличие оружия (запрещенного в присутствии императора), исполнить до конца свои обязанности.
Майлз напряженно вслушивался в приглушенные голоса, доносившиеся из-за дверей. Он узнал гнусавый тенор графа Фордрозы, ритмично поднимавшийся и опускавшийся – как видно, дебаты протекали спокойно.
– Давно все это продолжается? – шепотом спросил Майлз у охранника.
– Неделю. Сегодня последний день. Они сейчас подводят итоги, так что вы как раз вовремя, милорд. – Он подбадривающе кивнул Майлзу. Один из офицеров охраны, стоящих поодаль, тихо сказал другому: «Но ведь он и должен был присутствовать…»
– Может, все-таки тебе лучше было остаться лечиться на Бете? – спросил брат.
– Теперь уж точно поздно. Вот смеху будет, если мы поспеем как раз к оглашению приговора!
– Истерик. Ты и во время казни будешь отпускать свои шуточки! – заметил Айвен.






