– Вы задали именно тот вопрос, ответ на который я хотел бы услышать от вас и от адмирала Хессмана! – крикнул Майлз. «Два световых года», – подумал он и захромал вперед.
Тишина в зале взорвалась гулом изумленных голосов и взволнованными восклицаниями. Но Майлза интересовал лишь один человек из всех. Как он встретит его появление?
Граф Форкосиган резко оглянулся и увидел сына. Он шумно вздохнул, потом закрыл лицо руками и ожесточенно, нещадно потер его. Когда отец снова опустил ладони на стол, Майлз увидел, что на его лбу и щеках, иссеченных морщинами, выступили багровые пятна.
«Как он постарел! – ужаснулся Майлз. – Разве его волосы были такими седыми? Неужели он так сдал за эти месяцы или дело во мне? Или в нас обоих?»
Но вот граф заметил молодого Форпатрила, и выражение его лица мгновенно изменилось:
– Айвен, идиот ты эдакий! Где тебя носило?!
Айвен переглянулся с Майлзом и отвесил подчеркнуто вежливый поклон в сторону свидетельской скамьи.
– Адмирал Хессман приказал мне отправиться на поиски Майлза, сэр. Как видите, я выполнил задание, хотя адмирал рассчитывал совсем на другое.
Фордроза посмотрел на ошеломленного Хессмана.
– Ты… – прошептал граф, задыхаясь от ярости. Но в следующую секунду он овладел собой, разжал скрюченные, словно когти, пальцы и вновь принял непринужденную позу.
Майлз сделал общий поклон и опустился на колено перед императорским помостом.
– Мой сюзерен, милорды! Прошу извинить меня за опоздание. Дело в том, что мою повестку – как бы поточнее выразиться? – потеряла почта. Присутствующий здесь лорд Айвен Форпатрил может вам это подтвердить.
Молодой император глянул на него сверху вниз, а затем обратил несколько растерянный взор к своему новому советчику, стоящему в Спикерском круге. Похоже, прежний советчик – граф Форкосиган – прекрасно понимал, что же происходит. Его губы дрогнули, и получившаяся улыбка вышла точь-в-точь тигриной.
«Атаковать нужно сейчас, – подумал Майлз. – Если лорд-спикер примется допускать Айвена по всей форме, противники успеют прийти в себя, посовещаться и состряпать новую ложь, и тогда в этой жуткой игре с подтасованным голосованием в Совете по-прежнему их слово будет против нашего. Хессман – вот по кому нужно нанести первый удар. Фордроза слишком уклончив, чтобы обратиться в паническое бегство. Ударить первым – и расколоть заговор пополам». Майлз откашлялся и быстро поднялся.
– Милорды, я призываю вас в свидетели и обвиняю адмирала Хессмана в намеренном повреждении корабля, в убийстве и в покушении на убийство. Я могу доказать, что по его приказу был выведен из строя скоростной курьерский катер капитана Димира, в результате чего все, кто был на его борту, погибли ужасной смертью.






