ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Патриция Хайсмит – известная американская писательница, работавшая с жанром рассказа, психологического нуарного детектива и романа. Ее произведения экранизировали Альфред Хичкок, Лилиана Кавани, Ви... Цена соли Патриция Хайсмит Эдне, Джорди и Джеффу – Но с тобой-то всё совсем иначе, Терри, – сказал Ричард. – Ты можешь быть абсолютно уверена в том, что через пару недель оттуда вырвешься, у других же этого нет. Ричард сказал, что этим летом она сможет быть в Париже. Будет там. Ричард хотел, чтобы она поехала с ним, и ничто, на самом деле, не мешало ей это сделать. А друг Ричарда Фил Мак-Элрой написал ему, что в следующем месяце, возможно, сумеет устроить её на работу в театральную труппу. Терез пока ещё не была знакома с Филом, но очень слабо верила в то, что он сможет устроить её на работу. Она прочёсывала Нью-Йорк снова и снова, начиная с сентября, но так ничего и не нашла. Да и кто посреди зимы станет нанимать подмастерье сценографа, к тому же ещё только начинающего? Столь же нереальной казалась ей и мысль о том, что следующим летом она сможет быть в Европе с Ричардом, сидеть в летних кафе, гулять по Арлю, отыскивать места, которые писал Ван Гог, вместе выбирать городки, где они будут на какое-то время останавливаться и рисовать. А в последние дни, с тех пор как она начала работать в магазине, всё это стало казаться ещё менее реальным. Она знала, что ей досаждает в магазине. О таком она даже и не пыталась бы заговорить с Ричардом. Магазин усиливал то, что ей всегда, сколько она помнила, досаждало – пустые действия, бессмысленную рутину, которые, казалось, не дают ей заниматься тем, чем она хотела бы, чем могла бы заниматься. И вот пожалуйста, тут-то оно всё и было – мудрёные процедуры с инкассаторскими сумками, проверки верхней одежды, табельные часы… процедуры, не дававшие людям даже работу свою в магазине выполнять настолько продуктивно, насколько они могли бы. Был

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Она смотрела, как миссис Робичек снимает с себя большой корсет на шнуровке и вслед за ним – охватывающее плечи и частично спускающееся на спину приспособление с бретельками. Терез в ужасе закрыла глаза, крепко-накрепко их зажмурила и оставалась в таком положении, пока скрип пружин и длинный шумный вздох не подсказали ей, что миссис Робичек легла в постель. Но это было ещё не всё. Миссис Робичек потянулась к будильнику, завела его и, не отрывая головы от подушки, будильником пыталась нащупать стул с прямой спинкой возле кровати. В темноте, едва различая, Терез увидела, как четыре раза поднялась и опустилась её рука, прежде чем будильник оказался на стуле.

Подожду пятнадцать минут, пока она уснёт, и уйду, подумала Терез.

И, поскольку её одолевала усталость, она напрягла все силы, чтобы задержать спазм, этот внезапный приступ, который был как падение и приходил каждую ночь задолго до сна, но тем не менее был его предвестником. Он не пришёл. Поэтому, когда она решила, что пятнадцать минут истекли, она оделась и неслышно вышла за дверь. В конечном итоге это оказалось легко – просто открыть дверь и сбежать. Это было легко, подумала она, потому что никуда-то она на самом деле и не сбегала.

2

– Т

ерри, помнишь этого малого, Фила Мак-Элроя, о котором я тебе рассказывал? Из репертуарной труппы. Так вот, он сейчас в городе и говорит, что через пару недель у тебя будет работа.

– Настоящая работа? Где?

– Спектакль в Виллидже. Фил хочет сегодня вечером с нами увидеться. Я всё расскажу тебе при встрече. Буду минут через двадцать. Сейчас только выхожу из училища.

Терез взбежала на три лестничных пролёта к себе в комнату. Звонок застиг её, когда она умывалась, и теперь мыло засохло на лице. Она устремила взгляд на оранжевую махровую мочалку в раковине.

– Работа! – прошептала она. Волшебное слово.

Она переоделась в платье, повесила на шею короткую серебряную цепочку с медальоном святого Христофора – подарок от Ричарда на день рождения, расчесала волосы, слегка смочив их водой, чтобы выглядели аккуратнее. Потом уложила разрозненные эскизы и картонные макеты в стенном шкафу так, чтобы было легко достать, когда Фил Мак-Элрой попросит их посмотреть. «Нет, – придётся сказать, – настоящего опыта у меня не так много». И сердце упало в предчувствии краха. У неё за плечами не было даже стажа подмастерья, если не считать той двухдневной работы в Монклере – она тогда сделала макет, которым в конечном итоге воспользовалась любительская труппа. Если это можно назвать работой. Она прослушала два курса сценографии в Нью-Йорке и прочла уйму книг.