ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Никита остался наедине с зараженным поселком и выжил. Вышел к людям и оказался втянутым в войну кланов. Найдет ли вчерашний подросток свое место в мире, который задался целью его уничтожить? Ст... Кнут Игорь Демин Пролог Чернота пугала и манила одновременно. Призывала испытать себя на прочность, очаровывала загадочностью, подзуживала, подталкивала, словно брала на «слабо». Черные невесомые кристаллы, квинтэссенцию мрака и неизбежной гибели, хотелось трогать руками, пересыпать из горсти в горсть, пропускать сквозь пальцы, рассматривать, нюхать и попробовать на вкус, исподволь, осторожно, самым кончиком языка. Результата не будет. Тарч делал это много раз. Заходил в черные кластеры, погружал ноги в россыпь материализованной смерти, выносил кристаллы на сторону жизни, таскал в рюкзаке и карманах, подолгу размышлял над их структурой, пытался разрушить или наоборот, заставить действовать: оживать, убивать — хоть как–то проявлять активность. Но все попытки оказались тщетны. Кристаллы молчали, тщательно сохраняя свои секреты, или попросту не имели их, созданные смертью и живущие мертвыми. Рейдер оглянулся на товарищей, с которыми пришел к границе мертвого кластера, и осторожно шагнул в черноту. Лицо обдало теплым застоявшимся воздухом, стерильным: без запахов и признаков влажности. Воздушная граница черной земли не обнаруживалась ни зрением, ни осязанием, но стоило ее перейти — и организм тут же ощущал, что пересек границу жизни. Звуки приглушались, картинка перед глазами расплывалась, предметы теряли четкие очертания. Без причины, словно тело незаметно от сознания отправилось на тяжелую пробежку по пересеченной местности, сбивалось дыхание. Суставы немели, как от долгой неподвижности, а мышцы стремительно наливались тяжестью, уплотнялись и теряли гибкость. Двигаться становилось все сложнее. Через несколько минут начинало сбоить сердце, в кровь вбрасывались конские дозы горм

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

При уничтожении звена — пять жемчужин за каждого погонщика. За кормчих — по две черных жемчужины за каждого. Оплату информации о передвижении звеньев и об их базах будут брать на себя наши региональные представители. Ну и, конечно же, приказ всем не занятым боевым звеньям — начать разведывательные действия и, при необходимости, уничтожать обнаруженных погонщиков. И все же я склонен рекомендовать делать это руками местных группировок или, как минимум, при их серьезной поддержке. Зачем нам подставляться самим, если у нас достаточно жемчуга, чтобы нанять любое количество бойцов?

— Люди и так не любят Погонщиков, — Хиила неожиданно поддержал бывший глава клана, вставший после переизбрания во главе научной лаборатории, — А за такую награду будут не любить их еще сильнее.

— Муров люди тоже не любят, — Крена не так то легко было сбить в курса, — И ничего, прекрасно себе существуют.

— У муров поддержка внешников, не надо путать.

— Да что вы как дети? Назовите мне стаб, где с мурами не торгуют!

— Так и муров уничтожаем, когда можем, и что? Я расположение пяти–шести баз назову навскидку! И кто их пойдет зачищать?

Хиил не торопился останавливать гомон, в том числе и потому, что каждый, кто хотел, должен был высказаться. Пусть лучше спускают пар друг на друге, чем на нем. Нет, он не боялся этих людей ни всех вместе, ни по отдельности, да и Атлас был, на самом деле, не особенно–то значимым поселком.

Пусть у всех останется ощущение, что глава клана не только контролирует обстановку, но и единственный, кто способен остановить бесконечные споры и найти устраивающее всех решение.

— Друзья, давайте не будем приплетать сюда всякую шушеру. Все мы знаем, если уничтожить разом всех муров, внешники без труда найдут новых. Дадут им куда больше оружия и зачистят ближайшие кластеры. Не нужно это ни нам, ни поселкам, возле которых мы можем провести подобные операции. Это в очередной раз подтверждает мои слова — пока мы не совершим рывок в развитии, нашим уделом останется поддержание баланса, установленного не нами и не по нашим правилам. Сейчас мы вынуждены это терпеть, но если есть выход — мы должны его найти.

* * *

— Были вести от Карны? — после заседания Ставки и затянувшегося банкета Хиил едва шевелился от усталости.

— И да, и нет, — раздосадовано протянул Леший, — Она до сих пор злится из–за того, что Грач едва не прикончил Седого.

— А что они хотели? Приятной прогулки? Бумаги ей передал?

— Да, но больше она ни о чем разговаривать не захотела. Как бы не пропала с концами.

— Не пропадет. Где сейчас Форест?

— Наверное, там, куда вы его направили, — секретарь добавил в голос ровно столько иронии, сколько позволяли отношения с шефом, — На Юге, у куратора.

— Хорошо.