Как только он научился держать в руках перо, оно стало его лучшим другом. С тех пор он не вылезал из библиотеки. Родители хотели отдать его в гвардию, но Уолтер знал, что ничего путного из этого не выйдет. Он не был человеком войны, по натуре своей являясь созидателем.
Дверь резко распахнулась, и в комнату впорхнула Люция. Ее изумрудное платье, так подходившее к изумительно-темному цвету глаз, заиграло в льющемся из окна свете. Уолтер улыбнулся. Жена всегда придавала ему сил и энергии. Один ее лик вдохновлял на создание поэм и романов. Глубокие мудрые глаза, иногда по-детски сверкающие озорством, светлые, словно золотое веретено, локоны волос. Когда-то Уолтер говорил ей, что даже не будь у них богатой семьи и собственного дома, его сокровище всегда было бы с ним.
– Что ты читаешь? – спросила Люция, кладя ладони ему на плечи и заглядывая из-за спины.
Он провел пальцами по золотистой надписи на обложке. «Натан». Про этого человека он теперь знал все. Он посвятил эту книгу всему дорогому, что случилось в его жизни и что могло бы случиться. Уолтер получил ее от своего деда, единственного человека, который верил в его писательское будущее.
Он говорил ему, что эта книга принадлежала его старому другу, и однажды тот пришел к нему домой и попросил разыскать девушку по имени Ирис. Дед, уважающий старшего товарища, которого считал за отца, нашел ее. Ирис была неповторимой красоткой, так он рассказывал.
Уолтер улыбнулся. Он вспомнил и о другой истории: когда их пути разошлись, а пересеклись только спустя много-много лет. Тогда дед обнаружил маленькую девочку-сироту с золотыми волосами и желтой искрой в глазах. Он привел ее в дом и познакомил с внуком. С Уолтером.
– Старый роман, – пробормотал он, убирая книгу подальше и поворачиваясь к жене. – Гости скоро прибудут?
Люция взмахнула ресницами и перевела взгляд на окно. Сквозь него лился свет и теплый весенний воздух вместе с пением птиц и благоуханием цветов.
– Не знаю, – ответила она. – На площади собралось много людей. И глашатая прислали…
Уолтер слегка удивился, но почти сразу забыл про это. Мысли его снова были обращены к книге. Он думал об истории Адама Пэйна, о его судьбе, о ведьмах и магии. Сейчас это становится уже редким событием, но среди суеверных крестьян порой карают иную девушку за колдовство.
Уолтер не верил и не мог верить в магию, эта книга была для него всего лишь напоминанием. Напоминанием о жестокости, к которой может стремиться человечество и которой непременно нужно избегать.
– Уверен, ничего страшного не случилось. – Он накрыл своей ладонью руку Люции, успокаивая ее.
С первого этажа послышался топот. Спустя несколько мгновений на пороге комнаты возник Терри в порванном камзоле и с грязью на лице.






