ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Никто не расскажет вам правду о ведьмах. Церковь будет проповедовать истину священного огня и вред еретического учения, а обычные люди открестятся от истины и поплотнее закроют ставни на ночь. Лишь не... © Тулиша Я., 2020 © Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021 Он едва не подскочил на месте, но, сдержавшись, лишь указал широкой ладонью на стул перед собой. Стражники грубо пнули заключенного, и тот почти на ощупь отыскал сидение. Натан впервые видел его так близко. Стражники и инквизиторы хорошо над ним поработали, на мужчине не осталось живого места. Это был еще даже не мужчина, его лицо дышало юностью и энергией. Серые глаза из-под густых бровей смотрели настороженно и враждебно, Адам явно готов был оценить опасность и моментально на нее среагировать. Волосы темного цвета, как мог судить Натан, но здесь могла возникнуть ошибка: человек, проведший больше двух месяцев в подземелье, мог утратить первоначальный облик, испачкавшись в земле и грязи. И действительно, все его лицо и руки, выглядывающие из-под порванной рубахи, были покрыты засохшей кровью и пылью, которая ложилась на кожу слоями. Подбородок и щеки покрывала бесформенно отросшая борода. Натан испытал некоторое отвращение, оценив, в каком положении держали этого человека. Но в нем возникло еще какое-то чувство. Восхищение, быть может. Несмотря на два месяца истязаний и пыток, исхудавшее тело и от усталости ввалившиеся глаза, Адам был прекрасен. Натан задумчиво потер лысину и сложил руки перед собой. – Мы будем за дверью, если понадобимся, – произнес один из стражников и, проверив железные оковы на пленнике, покинул помещение. Второй последовал за ним, и в комнате повисла тишина. Натан неожиданно осознал, что ужасно переживает и не знает, с чего начать. Как вообще вести беседу с таким человеком? Раньше он общался с преступниками, которым были предъявлены серьезные обвинения, но впервые пред ним предстал с

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он судорожно сжимал в ладони какой-то листок и победно им размахивал.

– Ах, Терри! – возмущенно воскликнула Люция. – Ты снова изорвал камзол! А ведь мы только на прошлой неделе выплатили за него портному. Несносный мальчишка!

Обиженная и расстроенная, она покинула комнату, оставляя на память о себе едва уловимый запах духов.

Терри совершенно по-детски улыбнулся и подскочил к письменному столу отца. Уолтер грозно посмотрел на сына, но, как и всегда, не смог долго на него злиться. Улыбка поползла по его лицу раньше, чем он смог взять себя в руки.

– Что случилось там, на площади? – поинтересовался он.

Терри уронил перед ним листок, который до этого держал в руке, и чуть не взвыл. Такое поведение можно было бы расценить как признак сумасшествия для любого, кто не знал Терри. Любимец отца, единственный сын и наследник состояния. Мальчишка-драчун с темными кудрями и проницательными серыми глазами.

– Папа, глашатай принес весть! Закон издан! Это же прекрасно! Папа!..

Уолтер насторожился, вслушиваясь в сбивчивую речь сына.

– О чем ты говоришь? – нетерпеливо переспросил он.

С улицы доносился сильный запах цветов. Уолтер повернул голову к окну и увидел бьющуюся у стекла сизую птицу.

– Какой закон приняли, сын?

Терри озорно улыбнулся и подпрыгнул от удовольствия.

– Отменен инквизиционный трибунал! Ведьм больше не будут жечь на кострах!

И пусть сын не знал, что в их дни инквизиция относится совсем не к ведьмам, отчего-то Уолтеру сделалось легко и свободно, словно тяжелый камень, лежавший на его плечах все эти годы, исчез. Он заулыбался. Так, как давным-давно улыбался в детстве, когда дед брал его к себе на колени и скрипучим, но таким родным голосом рассказывал старинные истории про ведьм и жестоких людей, которые жгли женщин на кострах.