ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Эйса Ривера не могла предположить, что цепь случайных событий развяжет настоящую войну между мексиканским наркокартелем и американским теневым бизнесом. Она и представить не могла, что одна случайная... Падение Анна Грэм 1. Раскалённый песок Жизнь в постоянном напряжении имеет последствия. С месяц назад Эйса Ривера упала в обморок прямо на улице – непозволительная оплошность при её образе жизни. Свалить бы всё на знойный полдень, но у врача скорой было другое мнение на этот счёт. Недавно пережитый на ногах микроинсульт, истощение и до кучи «невротическое расстройство неопределенного характера» – так гласила запись в медкарте при выписке, которая всерьёз заставила Эйсу задуматься о конечности бытия. В свои двадцать шесть она ощущала себя старой рухлядью. Бирюзовое море Канкуна лизало ей пятки с самого утра. Солнце пекло даже сквозь бамбуковый навес, неумолимо превращая тело в бифштекс средней прожарки, но Эйса не могла найти себе места – пятая точка зудела от бездействия. Стайки праздных туристов из США мозолили глаза, сверкая на солнце глянцевыми досками и отбеленными зубами. Ривера смотрела на них с презрением – большинство из них не работали ни дня в своей жизни, прожигая родительские деньги на ночных кокаиновых тусовках. Размазывая по лицу тушь и сопли из-за того, что их бросил очередной красавчик, тамошние девки переживали здесь личностные кризисы, а молодожёны трахались прямо на пляже без стыда. Эйса не любила американцев за лживые улыбки и манеры в стиле «я – хозяин мира», но мексиканский наркобизнес держался именно на этих скучающих мажорах. Ривера не понаслышке знала значение слова «пахать». Восьмой ребенок в семье, она работала с двенадцати лет – такая роскошь, как покой, была ей недоступна. Барак на юге Синалоа, где днём и ночью фасовали колумбийскую коку, служил ей домом и средством выживания. Никто не спрашивал, ела она сегодня, спала, здорова ли – только

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Надо же, как плохо живут ребята из картеля, – Данэм улыбнулся, вынул мобильник из кармана, и вложил ей в руку. – Знаешь, как работает?

Эйса пропустила его неуместный юмор мимо ушей и набрала по экрану номер родного дома. Она молилась, чтобы мать оказалась на месте. Услышав в трубке её голос, Ривера сжалась в комок, словно всё ещё была ребенком. Когда Эйса думала о близких, мать она в виду не имела.

– Привет, мама.

Мария словно забыла, что у неё где-то остались ещё дети. После недолгого молчания, динамик разразился громкой речью: она путала английский с испанским, меняла и коверкала слова в предложениях, захлёбываясь возмущением.

– Да неужели?! Ты решила позвонить матери в кой-то веки?!

– Где письма Лупе? – Ривера грубо прервала её, у неё не было ни времени, ни желания снова выслушивать претензии, которые с годами лишь росли.

– Письма Лупе? Зачем тебе письма Лупе? Ты бы хоть спросила, как мы тут живём! Вчера Диего уволили с фабрики, а ты! Устроила полуживой старухе райский курорт, а про нас ты подумала?! – мать не могла понять и простить ей такой выборочной заботы, до неё не доходило, что Эйса делала это не по принуждению, а от чистого сердца. Палома была единственной, кто относился к ней по-человечески.

– Мне нужны письма Лупе, у неё проблемы, – Эйса не была уверена, знает ли Мария о её смерти, и о смерти «старухи» Де Вальдеверде, но стать гонцом, приносящим плохие новости, она не собиралась, иначе ничего от матери не добьется.

– Опять эти ваши дела, нет чтобы домой лишний раз позвонить. Срать я хотела на вашего Франко… – мать не слышала её. Эйса отодвинул от уха вопящий динамик и закатила глаза. Ривера не винила её в жестокосердии. Мария не успевала любить своих детей, они слишком быстро уходили из жизни.

– Сколько? – Эйса решила сэкономить время вопросом в лоб. От неожиданности Мария на несколько секунд зависла.

– Что? Ты что думаешь, мне нужны твои деньги?!

– Сколько?

– За квартиру не плачено два месяца, я у соседки занимала три раза, вечером отдавать, а мне нечем. Сгорел тостер, ему уже тринадцать лет, – мать бегло перечислила свои беды, словно обоснование для инвестиций, и жадность в её голосе перемежалась с чувством стыда за то, что ей приходится побираться у нелюбимой дочери. – Две тысячи.

– Сегодня будет. Возьми фотографию и сходи к Марко, пусть отсканирует и пришлёт мне на электронный ящик. Срочно, – Эйса сбросила вызов и ткнула трубкой Данэму в грудь. Не отрывая от неё взгляда, он положил телефон обратно в карман. Она соврала, зная, что Мария по простоте душевной не станет проверять и торговаться. У Риверы не было ни времени, ни средств выполнять её прихоти.

– Надо немного подождать, – Эйса заметалась по комнате, не зная куда себя деть. Ожидание, как и компания Оливера Данэма выводили её из себя.