ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Оба они пытаются выжить в Лондоне конца XIX века – мальчик, каких здесь полно, и волк, единственный в Соединённом Королевстве. Оба проверили на собственной шкуре, каково это – быть нужным только то... Туман Марта Палаццези © 2019 Editrice Il Castoro. All rights reserved. Original edition published in agreement with Grandi & Associati, Milano © Перевод, оформление, издание на русском языке. ООО «Издательский дом «Тинбук», 2021. * * * Наки хитро улыбнулся, не переставая шарить руками в грязи. История о Великом зловонии 1858 года была его любимой, и, хотя мы знали её наизусть, Наки умудрялся каждый раз добавлять новые, всё более ужасные подробности. Но его любовь к этой истории разделяли не все. – Только не это, Клэй. Неужели опять, – пробормотал Тод. Он стоял на коленях передо мной, погрузив руки по локоть в ил. – В смысле? – обиженно спросил Наки. – Я больше не могу слушать твою болтовню о мертвецах, навозе и потрохах животных, – ответил Тод. – Мы уже поняли. В 1858 году Темза воняла мертвечиной. Прекрасная история. – Летом 1858 года Темза не просто воняла мертвечиной, – оскорблённо возразил Наки. Он как будто считал хранение воспоминаний о Великом зловонии своей обязанностью. Я никогда не понимал, почему Наки одержим именно этим событием. Когда мы с ним познакомились, он уже был таким. Наки прокашлялся и поднял руку, готовясь начать один из своих подробнейших докладов. – Стояла засуха, и река обмелела. Даже королева Виктория и принц Альберт, отправившись на прогулку по реке, были вынуждены вернуться во дворец – так их испугал смрад. Темза и вправду превратилась в лужу, кишащую мусором и отходами, мертвецами и личинками… – Личинками? – перебил его я. – В прошлый раз ты говорил, что мертвецы были усыпаны мухами. – Какая разница? – возразил Наки, вытерев нос краем рубашки. – До мух были личинки. – Боже, Наки, да ты просто свихнулся на этой истории! – презрительно восклик

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Обоим было около пятидесяти, оба одевались ярко и безвкусно, как все слишком быстро разбогатевшие люди.

Смит, приземистый мужчина с рыжеватыми волосами, прилизанными жиром и собранными в хвост, носил хвастливый цилиндр из фиолетового атласа, длинный сюртук с полами, похожими на хвост ласточки, и ярко-зелёный шейный платок. Спэрроу ростом вышел чуть повыше компаньона, но стройностью тоже не отличался. Он был лысым, тяжёлые веки нависали над глазами. Он носил десяток карманных часов с золотыми цепочками и нелепый платок из жёлтого шёлка в красный горошек. У обоих в руках были трости из тёмного дерева с серебряными набалдашниками, украшенными камнями.

– И что ты теперь предлагаешь? – спросил Смит, остановившись у клетки с Туманом. Он показал на волка тростью и поморщился. – Какая мерзость. И за это мы выложили столько денег…

– Освежевать и продать шкуру, – предложил Спэрроу. – Мы немало выручим за неё.

– Но что делать с афишами? Весь Лондон жаждет увидеть волка! Мы продали сотню билетов. А если толстуха действительно заявится…

Я растерянно уставился на Олли.

– Толстуха? – произнёс я одними губами.

– Королева, – прошептала она.

Я вздрогнул. Оскорблять королеву такими словами не стал бы даже самый последний мадларк.

– Ну? – Смит треснул тростью по решётке. – Вставай, блохастая псина! Вставай, проклятый!

– Надавим на Парсона, – предложил Спэрроу. – Два дня. Если через два дня ничего не выйдет, вышвырнем из цирка и его, и его мерзкого сынка.

– Но что делать с волком?

Спэрроу пожал плечами.

– Отдадим на растерзание публике. Толпа любит жестокие зрелища. Найдём кого-нибудь без руки или ноги, заставим их рассказать, что на них напал волк, и потребуем справедливости. Вот увидишь, люди будут в восторге.

Я пришёл в ужас. Настоящими зверями были Смит и Спэрроу. Не люди – чудовища без капли сострадания и жалости.

– Спокойно, – прошептала Олли, сжимая мою руку. – Спокойно, Клэй.

Смит и Спэрроу вышли из шатра, обсуждая предстоящую расправу над Туманом, словно в этом не было ничего особенного. Я вскочил на ноги и подбежал к клетке с волком.

– Туман, – твёрдо сказал я, опустившись на колени. – Вставай. Прошу тебя, вставай. Ты слышал, что они сказали? Тебя убьют!

Волк неподвижно лежал, не обращая на меня никакого внимания.

– Клэй, он не слышит, – вздохнула Олли. – К тому же он всё равно ничего не понимает. Он же зверь. Не надо говорить с ним будто с человеком.

Я проигнорировал её слова, уверенный, что Туман всё прекрасно понимает.

– Они сказали правду? – спросил я. – Они отдадут волка толпе?

Олли кивнула.

– Газеты будут обсуждать это ещё долгие месяцы. Смит и Спэрроу обретут новую славу.

– Но они не могут убить животное! Олли покачала головой.

– Клэй, иногда ты ведёшь себя слишком наивно для человека, выросшего на улице.