ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В новый том Генри Райдера Хаггарда входит долгожданный «Рассвет» — первый большой роман писателя. Несмотря на название, книга далеко не так проста, как кажется. Она написана в духе сенсационных ром... Генри Райдер Хаггард Рассвет © Налепина Д.А., перевод на русский язык, 2021 © ООО «Издательство «Вече», 2021 © ООО «Издательство «Вече», электронная версия, 2021 * * * — Филип, ты же не собираешься ударить меня, не так ли? Ведь ты же знаешь, что намного сильнее меня… — О, да! Но если я ничего не добьюсь словами, то пущу в ход кулаки. Берегись! — Филип, не надо! Я скажу твоему отцу… — Скажешь отцу?! Разумеется, скажешь, не сомневаюсь в этом. Просто на этот раз тебе не придется лгать! — с этими словами Филип ринулся в атаку с мрачной решимостью, весьма неприятной для его тщедушного кузена. Видя, что все пути к спасению отрезаны, Джордж издал столь пронзительный вопль, что даже спугнул дикого голубя, который ворковал с недавно обретенной подругой в листве дуба. Не ограничившись воплем, он стал сражаться, словно крыса, загнанная в угол — хотя и шансов на победу у него было столько же, сколько у крысы, вступившей в схватку с фокстерьером. Через несколько секунд его голова оказалась зажата под мышкой кузена, Джордж оказался полностью в его власти, и было весьма вероятно, что из этой схватки он выйдет изрядно побитым и истекающим кровью. Позвольте не останавливаться на подробностях и сказать коротко: для Джорджа столкновение вышло болезненным, настолько болезненным, что он никогда об этом не забывал. Его носу больше не суждено было обрести свою прямизну. Все закончилось довольно быстро — хотя для одной из сторон время тянулось прямо-таки с неестественной медлительностью. — Ну, думаю, на сей раз с тебя хватит! — заявил Филип, критическим взглядом окинув корчившуюся у его ног субстанцию; сам он в этот момент выглядел весьма привлекательно. Его кудрявые черные волосы растрепались;

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Джордж проводил его долгим взглядом, улыбаясь странной улыбкой, которая казалась еще неприятнее на опухшем и изуродованном лице…

Таким же образом, отчасти благодаря традициям, отчасти при помощи иных способов, мы вдруг обнаруживаем в себе или наших детях развитие черт, которые отличали наш род на протяжении многих веков.

Если местная традиция и записи в домовых книгах заслуживают доверия, то совершенно не подлежит сомнению, что Каресфуты из Братемского аббатства ухитрились передавать свой неповторимый характер от отца к сыну, не обращая внимания на влияние чужой крови со стороны матери…

В истории семьи Каресфут не было ничего примечательного. Они с незапамятных времен были йоменами в Братеме — возможно, с тех самых пор, как эта деревня вообще стала географическим фактом, — однако именно с роспуском монастырей впервые приобрели некоторое влияние в графстве.

Аббатство Братем, разделившее общую судьбу католических монастырей, было подарено Генрихом VIII одному из его придворных, сэру Чарльзу Варри. Первые два года новый владелец вообще не появлялся в своих владениях, однако, наконец, приехал и направился прямиком к дому фермера Каресфута, поскольку дом выглядел наиболее респектабельным. Сэр Чарльз попросил Каресфута показать ему аббатство и земли, ему принадлежащие.

Стоял сумрачный ноябрьский день, и к тому времени, когда фермер и его утомленный гость пересекли земли аббатства и достигли большого серого здания монастыря, от него уже протянулись ночные тени, придавшие и без того безрадостному пейзажу уж совершенно невыносимое уныние.

— Сыровато здесь, друг мой, не так ли? — заметил сэр Чарльз, с содроганием глядя на свинцовую гладь озера, рябившую от дождя.

— Вы правы, сыро тут у нас.

— И к тому же безлюдно — после того, как ушли монахи?

— Да, народу здесь немного. Впрочем, монахи говорили, что в этом доме остались жить души умерших! — йомен понизил голос до благоговейного шепота.

Сэр Чарльз перекрестился и пробормотал:

— Вполне могу в это поверить… Скажи-ка, друг мой, а не знаешь ли ты человека, который купил бы у меня это аббатство, приобретя честь по чести все права и привилегии?

— Навряд ли, сэр, уж больно бедна эта земля, то, что она родит, не возмещает убытков, да и дом этот — сами видите, каков. Говорят, монахи прокляли его. Однако ж, сэр, если вы достаточно разумны, чтобы желать избавиться от эдакой обузы — то у меня есть кое-какие деньжата, а землю я люблю с рождения и доволен всякими плодами ее, пусть и скудными, так что я дал бы вам…

И этот проницательнейший из Каресфутов шепнул на ухо сэру Чарльзу весьма маленькую сумму.

Сэр Чарльз Варри рассмеялся.