Немного помучавшись с костром, я наконец-то достал вожделенную банку консервов и, разогрев её, жадно уплёл содержимое, не замечая ничего вокруг; конечно, мне пришлось половину оставить для Ирвана, но я хотя бы не умер от голода. Посмеявшись от этой мысли, я лёг у костра, стараясь уснуть под шум дождя, который изредка пробивался сквозь листву дерева и капал на меня.
– Вставай! Ну же! —
толкая меня, кричал мне кто-то в ухо.
Внезапно осознав, что я так крепко уснул, что оказался под прицелом у неизвестного человека, я это лишнее съёжился от страха и моментально прокрутил варианты, что делать дальше.
– Да не бойся, —
мягко прозвучал чей-то голос с едва заметной иронией.
– Свои.
Я медленно развернул голову и увидел разведчика, что был на прошлой битве. Глубоко выдохнув, я спокойно потёр лицо и, вновь открыв глаза, огляделся по сторонам: уже было светло, стоял ясный день.
– Я уж подумал…
– Да, я заметил, напрягся весь, —
перебил меня разведчик.
– Бэрн, —
представился я и протянул руку.
– Я знаю, вы у нас почти легенда, —
с улыбкой ответил он.
– Меня Феликс зовут.
– Приятно познакомиться!
Под деревом, сонно похрапывая, сидел Ирван.
– Бедолага, —
грустно вздыхая, прошептал я.
– Что с ним?
– Сходит с ума, наверно, просто не выдержал.
– Да, действительно грустно. Но война такая – жестокая и не делает выбора между людьми.
Слова были философскими и, как бы скучно ни было мне их слушать, не согласиться с ними я не мог. Мне было грустно, и камнем на душу давила смерть моего друга, я до сих пор не мог смириться с этим.
– Надо идти к лагерю…
– Вы успели разбить лагерь?
– Нет, мы обозом идём к маковым полям, —
махнув рукой, ответил Феликс.
– Так это же почти под стенами Теки… –
растерянно ответил я.
– Да, будем биться под столицей, но там уже собрана правительственная армия. По крайней мере, так говорят.
– Ладно, а далеко до обоза?
– Часов шесть, наверно, —
почёсывая затылок, ответил Феликс.
– В получасе ходьбы есть двор, там можно взять коней.
Нехитрыми перебежками мы быстро добрались до двора, где нас встретил пожилой старик с трясущимися руками и весьма весёлым лицом. Завидев нас ещё за сотню футов, он начал размахивать руками, зазывая нас к себе; пропав на секунду из вида, он вновь появился, но теперь с непонятной бутылкой.
– Выглядит неплохо, —
с улыбкой заговорил Феликс.
– Но нам нельзя сильно задерживаться.
Сделав по глотку явно самодельного пива, мы с огромными усилиями договорились купить у него старых кляч по дешёвке и галопом понеслись догонять обоз.
Под лучами заходящего солнца мы настигли остатки армии – никто не нёс флаги и стяги, все были подавлены. Снова поражение, снова отступление.
Дальше отступать мы не могли, нам и некуда было уже отступать.






