Я хочу сказать, что, несмотря на всю панику, мы не отступили со своих позиций ни разу за все эти недели, и я горжусь, что здесь мы можем дать славный отпор врагу…»
– я хотел рассказать всё, но не знал, с чего начать и как уместить на лист всё, что произошло за это время. Мне хотелось вылить все мысли и начать с чистого листа, но я не мог уйти – с одной стороны оставался враг, а с другой – мой дом и близкие мне люди.
– Ложились бы вы, капитан, —
раздался голос справа от меня, и вслед за ним послышался скрип кровати.
– Я немного занят, —
ответил я, пытаясь сконцентрироваться на письме.
– Письмо пишете? –
с любопытством спросил он. Но я ничего не ответил, мне и не хотелось что-либо сейчас обсуждать.
– Извините, капитан, просто тоже скучаю по родным, сам также писал им письмо, —
с грустью говорил солдат.
– Разрешите отлучиться?
– Только по-быстрому.
Как только закрылась дверь, я вернулся к письму, вернее, к мысли, о чём написать на этом одиноком листке бумаги.
«… Я тебе не рассказывал…
– с тяжёлым вдохом я резко остановился, не хотел жаловаться, но болит душа. –
… Ларен погиб…»
– как мне хотелось бы поставить точку и забыть об этом. –
«Его взяли в плен и заставили напасть на нас, я разрываюсь от одной этой мысли, но не могу представить, как ему было больно, ведь он потерял семью…»
Было грустно, но с каждой строкой я чувствовал, как будто камни с плеч падали. Я откинулся на спинку стула и, протерев глаза, сразу услышал, как вернувшийся солдат аккуратно закрывает дверь. Он тихой походкой направился к кровати и, быстро поправив одеяло, свернулся клубком, поджимая ноги.
«… Тут был один парень, его Ирван зовут, сидел со мной, пока я был медицинской части после плена, славный парень. Мы с ним всего пару раз виделись и общались, но всё равно сдружились; к сожалению, его накрыло, и он начал сходить с ума, а я никак не могу ему помочь, даже с ним гулял, чтобы он хоть что-то вспоминал, но всё равно ему лучше не стало.
Мне кажется, будто я в этом мире остаюсь одиноким, и все, кого я знал, уходят. Будь проклята эта война…»
– это было хорошее предложение.
«… Хотел ещё сказать, она в видениях приходила ко мне…»
– я снова в голове прокрутил все видения. –
«… Я скучаю по ней, её объятиям. С тех пор, как она погибла, у меня не было никого…»
– я скучал по своей девушке, хоть и прошло много времени, но именно в путешествиях я старался забыть всё.
Сделав глоток воды, я решил рассказать что-то хорошее, ибо боялся, что и Алекс впадёт в тоску.
«… Ладно, наверно, ты уже подумал, что мне здесь совсем плохо? Я тут виделся с мистером Симоном, отдал ему меч, о котором он так мечтал – он плясал минут пять, но зато повеселил меня…»
– слегка улыбнувшись, я продолжил: —
«… У меня есть знакомый, врач.






