Там всё было изрыто окопами и времянками и окружено колючей проволокой. С каждой стороны друг в друга целились огромными орудиями и винтовками в ожидании атаки противника.
Вдали кто-то лёгким бегом двигался ко мне, осматриваясь по сторонам.
– Капитан!
Обернувшись полностью в сторону траншей и поправив мундир, я направился навстречу солдату.
– Капитан! Вас вызывают в штаб!
– Сейчас вызывают?
– Так, точно сэр, сказали ещё, что нам надо собраться, —
с небольшим удивлением продолжал он.
– Переводят, наверно.
– Но, капитан, мы же хорошо здесь стоим и все атаки отражаем! —
с явным возмущением начал ругаться солдат.
– Отставить панику, —
спокойно ответил я ему.
– Может, это и к лучшему.
Солдат с непониманием взглянул на меня. Он был ещё молод и пылок, ему хотелось отваги и битвы, а такие приказы казались ему бегством, чего он не желал терпеть.
– Доложи нашему отряду, пусть собираются, —
сказал я, обходя солдата и направляясь к штабу.
– Но, сэр, а как же враг? —
не унимался он.
– Успеем повоевать, крови на всех хватит.
Первые солнечные лучи уже во всю припекали, потихоньку нагревая воздух до привычных летних температур. Но ещё было свежо, и ветер, как бы не торопясь, тихо обдувал поля, аккуратно шелестя листьями деревьев и кустов.
Я проходил через сторожевые посты, где сонные и уставшие часовые сменяли друг друга, вяло отдавая честь проходящим командорам.
– Разрешите, —
негромко постучавшись, вошёл я в штаб.
– Да, входите.
– Но что дальше? —
ударяя указательным пальцем в карту, спрашивал командор.
– Позже, —
жестом остановил его генерал.
Командор поправил сбитый латный наруч и, взглянув в мою сторону, встал в полный рост, убрав руки за спину.
– Плохо выглядите, вы, когда спали?
– Я просто… —
замешкался я.
– Впрочем, неважно, —
продолжил генерал.
– Мы переводим ваш отряд и весь командорский корпус на левый фланг, в более тихое и безопасное место.
– Как верно подметил мой солдат, мы крепко стояли…
– Поэтому и отводим на отдых, ваши силы сражались достойно, —
перебил меня он.
– Выдвигайтесь после обеденного времени на восточный фланг к первому посту у леса.
Он говорил уверенно и спокойно, поэтому мне даже не хотелось что-либо спрашивать и уточнять. Перевод на спокойный участок мне казался счастьем, возможностью передохнуть, но всё равно в голове роились мысли: зачем и что дальше?
– Так точно.
К вечеру мы заняли нужный пункт и расквартировались в новой времянке, выложенной цельными брёвнами и каменными блоками. Наше укрепление располагалось внизу холма, с которого было хорошо видно всё на десяток вёрст, хоть восточная часть и была закрыта лесом.
– Тихо здесь, —
выдыхая табачный дым, сказал подошедший ко мне капитан.
– Да, не нравится тишина?
– Странно это, —
плюнув в сторону, ответил он.






