К тому же вместе со снегом пришел и сильный ветер, изображая теперь что-то вроде небольшой метели.
Пустовалов спрыгнул с подножки трактора, и, перешагнув через трос, направился к яме, бросив на ходу взгляд на LXN-1000. Почерневший прибор лежал на боку, до асфальта растопив вокруг себя снег, от него все еще поднимался дым, хотя сломался он уже почти час назад.
Яма представляла собой квадратный котлован метровой глубины площадью около десяти квадратных метров, на дне которой, посередине, полегал шов сдвинутых ворот стволовой шахты. Пустовалов достал из кармана мятый лист плана, еще раз заглянул в него, затем посмотрел на секундомер, на котором обратный таймер только что перешагнул двенадцатиминутный рубеж, и поднял глаза к темным силуэтам домов на северо-востоке. Пока никаких признаков. Только светящаяся дуга одиноко плавала в небе, будто мертвая змея в бочке с водой. У него с лихвой еще оставалось времени для одного дела.
Он перенес труп Мориса к краю ямы, присел на одно колено, посмотрел на электронные часы на его руке – 19:55. На его собственной руке таймер обратного отсчета только что перешагнул рубеж в десять минут. В конце концов, что он теряет кроме лишних минут компании с самим собой? Даже если они отнимут одну миллионную шанса, то грош цена им и последним трем десятилетиям его жизни.
Он достал планшет, который ему когда-то передал Виктор и положил палец на большую круглую кнопку. Он уже касался ее, когда впервые увидел шов и слышал гудение приводов. Сейчас Пустовалов не стал думать, и просто нажал кнопку.
Протяжный металлический скрип оглушил заброшенный завод и пошел дальше по остаткам мира. Из-под выпиленных лазером откосов котлована высекались дорожки искр. Пустовалов быстро пригнулся, сунул планшет за пазуху Морису, и застегнул ему куртку. Земля под ним ходила ходуном. Барабанные перепонки разрывал чудовищный лязг, через который прорывался гул преодолевающих сопротивление приводных механизмов. Как только он стал глуше, уйдя за пределы выпиленного квадрата, Пустовалов осторожно заглянул вниз. В глаза ударил яркий свет. На дне глубокого шахтного ствола пульсировал огненный шар, напоминая уменьшенную версию Солнца, от него поднимался ощутимый жар и его свет ярко освещал всю шахту – выложенные узкими плитами стены с подтеками, проходные окружные галереи каждые пять метров в глубину и узкую вертикальную лестницу на другой стороне. Шар огня вдруг резко увеличился в размере, пыхнув в лицо жаром. Пустовалов поднялся, посмотрел на северо-восток. Там все также было черно. Только световая дуга пришла в странное движение. Будто живое существо, загадочный космический червь, реагирующий на касание, она стала скручиваться и, извиваясь медленно сдвигаться в сторону.






