И тогда начинал доминировать электрический гул, исходящий от голубоватой стены.
Все это смутно напоминало какую-то борьбу. Даша перепугалась, потому, что снова заходил ходуном пол и сверху посыпались кирпичи, но внезапно все прекратилось.
Разом исчезло все – и стена и шар, и землетрясение и сопровождавшие странную борьбу шумы.
Даша не сразу поняла, что все закончилось, она убрала руки от лица, посмотрела наверх. Словно ничего и не было. Ничего, включая последнего безумного месяца. Она находилась на дне стволовой шахты – да, места неприятного, среди обломков и трупов, но вполне рукотворного, напоминающего обычную ракетную шахту. Из квадратного отверстия, расположенного на высоте около тридцати метров валил снег. Теперь он был густым и походил на хлопья. Даше показалось, что она слышит в отдалении забытые уже звуки города – голоса, сирены, гудение клаксонов и даже фырканье вертолетного винта.
Но Дашу интересовало другое, она медленно поднялась, держась за стену, огляделась. Слева Харитонов и Катя укрывались за панелью из защитного стекла. Они тоже только что обнаружили, что все закончилось.
– Дарья! – Раздался незнакомый, но располагающий к себе голос. Голос из прошлого. – Дарья Афанасьева!
Незнакомый мужчина смотрел на нее через проем наверху.
Даша не ответила, она все еще была шокирована произошедшим.
– Дарья Леонидовна! Держитесь! Я вас вытащу!
На этот раз она увидела наверху помощника отца. Сердце ее заколотилось, но она не в силах была вымолвить ни слова.
Вместо нее заорал Харитонов.
– Давайте скорее!
Пока сверху по десантным канатам спускались мужчины с крупной надписью «ФСБ» на спинах, Даша подобралась к бетонной чаше, в которой располагался шар, и увидела на ее месте бездонный колодец. Она с ужасом глядела в его безмолвную тьму, пока ее не схватил помощник отца – полковник Макаров.
Он держал ее так крепко и так настойчиво спрашивал в порядке ли она, что она сказала «в порядке», только чтобы он отстал. Вместе с ним находился невысокий мужчина, не спускавший с нее глаз. Макаров называл его Виндманом и обращался пренебрежительно, но знавшая Макарова Даша, понимала, что это напускное и по какой-то неведомой причине вредный Макаров уважает этого заурядного на вид человека.
В стволе очень скоро стало многолюдно, спецназовцы все спускались и спускались, некоторые заполнили галереи, кто-то убежал за двери. Повсюду раздавались команды и трескучие голоса раций.
Макаров на кого-то орал, требуя немедленно особого спасательного снаряжения для подъема Даши, и поручил двум бойцам охранять ее. Дашу оттеснили к стене.






