ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Пятеро незнакомцев спешат на последний поезд метро. Один торопится покинуть страну. Второй бежит от полиции. Третий пытается оттолкнуться от дна. Четвертая убегает от прошлого. А пятая – от самой с... Метро Иван Прохоров Пролог Июнь 1991 года. За 30 лет до… Подперев щеки кулачками, Саша наблюдал за крохотной птичкой, прыгавшей по толстой ветке за окном. Повадками птичка напоминала воробья, но сияла на солнце как настоящий попугай, переливаясь диковинным пепельно-ржавым оперением. Раздув красную грудку, она затрясла огненным хвостом, превратив его в крохотное пламя. – Го-ри-хвост-ка, – тихо проговорил Саша, не догадываясь даже, что точно угадал ее название. Птица будто услышала его, посмотрела на него боком, по-птичьи и, задрав белолобую головку, выдала в вечерний зной знакомый тревожный перелив. Так вот кто будил его по утрам. Чувствуя обнаженными коленями холод батареи, Саша сидел на тумбочке, придвинутой к подоконнику, словно затаившийся охотник, но предметом его интереса была отнюдь не птица. Он ждал, когда затихнут шаги в коридоре. На его беду шаги затихли прямо за его спиной. – Ты что! – Прозвенел возмущенный голосок. Мальчик мгновенно обернулся. За кроватями, в дверном проеме стояла девочка. На пухлых щеках горел матерый загар, в округлившихся карих глазах сияло заходящее солнце. – Тебе нельзя его надевать! – Почему? – Саша проследил за ее возмущенным взглядом и тронул перебинтованными пальцами тесемку под подбородком. – Это только для тех, у кого день рождения! По правде говоря, ему самому это не нравилось. Полчаса назад Ирина Петровна вручила ему дурацкий колпак из цветной бумаги, велела надеть и идти на спортплощадку. Сегодняшняя суббота оказалась богатой на дни рождения. Во всем лагере сразу у троих, включая Сашу. Ему достался самый потрёпанный колпак, обклеенный выцветшей розовой бумагой и усеянный почерневшими от времени серебряными блестками. – У меня сег

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Дело в обострении простатита. А может в волнении. Хотя разве есть для этого повод, думает он. Полковнику Басурову тяжело быть искренним даже с самим собой – дело в особенностях характера, который часто заводит его в дурацкие ситуации. И все же где-то в глубине проскакивает мысль, что зря он в это ввязался, но ухватиться за нее полковник не успевает. Он стоит, замерев, как вкопанный. Как один из тех сусликов, которых он много повидал в Туркменской ССР, где прошло его детство.

Глядя сквозь снежную пелену на пустынную дорогу, полковник Басуров хмурит брови, но при этом чувствует, что позыв слабеет. Он выходит на дорогу, смотрит по сторонам. В кармане джинсов «чирикает» смс-ка. Басуров не глядя достает смартфон. Сообщение от сына в вотсапе: «папа, биатлон начался, ты где??».

Полковник глядит на нетронутый снег на дороге – ни следа протектора, ни намека, что здесь вообще проезжала хоть какая-то машина за последние два часа. Затем поворачивает голову налево. Оттуда, из-за поворота будто исходят волны неведомой угрозы.

Басуров просматривает список последних звонков на смартфоне, затем открывает список контактов: Саня, Саша, Александр, Сан Саныч, но никого с этим именем по фамилии Пустовалов. Пустоваловых вообще нет в его телефоне. Басуров думает, что может быть, он как-то по-другому его записал, но сразу понимает, что это невозможно.

После этого он несколько секунд смотрит странным взглядом на место, где должен был стоять «БМВ Х5», а затем его взгляд будто включается, зажигаясь привычным шутливым настроением. Он пожимает плечами, пишет сыну: «скоро буду» и, разворачиваясь, идет в сторону метро.

В неприметный одноэтажный дом еще затемно врывается ОМОН. Круша двери и окна, крупные спецназовцы хватают перепуганных спросонья людей и с матерными криками бросают лицом вниз на грязный деревянный пол.

– Руки! Фамилия, год рождения, адрес! Кто еще в доме?! – Раздаются агрессивные выкрики.

Не все перепуганные в состоянии даже назвать свои имена, они заикаются, мычат, некоторые просто глядят из-под вывернутых рук испуганным взглядом.

В этот момент в дом входит невысокий капитан следкома по фамилии Виндман. На нем простые джинсы и футболка-поло. Он перешагивает через лежащие тела, проходит через комнаты, в одной останавливается. Его внимание привлекает диван с красной накидкой. На нем явно никто не спал. Капитан подходит к нему, присаживается на корточки и проводит пальцами по характерной царапине на полу. Затем резко двигает диван на себя, бьет ногой по одной из досок, которая подпрыгивает, обнажая скрытую рукоятку. Он тянет ее, поднимая замаскированный люк.

Снизу, из подпола щурясь от яркого света, на него смотрят два пленника в кандалах.