Соловей-разбойник Одихмантьев сын,
Принял чарочку от князя он одной ручкой,
Выпил чарочку-то Соловей одным духом.
Засвистал как Соловей тут по-соловьему,
Закричал разбойник по-звериному,
Маковки на теремах покривились:
А околенки во теремах рассыпались
От его от посвисту соловьего,
А что есть-то людюшек, так все мертвы лежат;
А Владимир-князь-от стольно-киевский,
Куньей шубонькой он укрывается.
А и тут старый-от казак да Илья Муромец,
Он скорешенько садился на добра коня,
А и он вез-то Соловья да во чисто поле,
И он срубил ему да буйну голову.
Говорил Илья да таковы слова:
«Тебе полно-тко свистать да по-соловьему,
Тебе полно-тко кричать да по-звериному,
Тебе полно-тко слезить да отцей-матерей,
Тебе полно-тко вдовить да жен молбдыих,
Тебе полно-тко спущать-то сиротать да малых детушек».
А тут, Соловью, ему и славу поют,
А и славу поют ему век по веку.
ИЛЬЯ МУРОМЕЦ И ИДОЛИЩЕ
А и татарин да поганый,
Что ль Идолище великое,
Набрал силы он татарский,
Набрал силы много тысящей;
Он поехал нунь, татарин да поганый,
А Идолище великое,
А великое да страшное,
А и ко солнышку Владимиру,
А и ко князю стольно-киевску.
Приезжает тут татарин да поганый,
А Идолище великое,
А великое да страшное;
Ставил силушку вкруг Киева,
Ставил силушки на много верст,
Сам поехал он к Владимиру.
Убоялся наш Владимир стольно-киевский,
Что ль татарина да он было поганого,
Что ль Идолища да он было великого.
Не случилося да у Владимира
Дома русских могучиих богатырей, -
Уехали богатыри в чисто поле,
Во чисто поле уехали поликовать:
А и ни старого казака Ильи Муромца,
А и ни молода Добрынюшки Никитича,
Ни Михайлы было Потыка Иванова.
Был один Алешенька Левонтьевич,
Хоть бы смелый Алешка - не удалый.
А не смел же ехать в супротивности,
А против было поганого татарина,
А против того Идолища великого.
Уж как солнышко Владимир стольно-киевский
Что ль татарину да кланялся,
Звал он тут в великое гостебище,
На свое было велико пированьице,
Во свои было палаты белокаменны.
Тут же ездит Илья Муромец да у Царя-града,
Он незгодушку про Киев да проведает,
Как приправит Илья Муромец да коня доброго
От Царя-града приправит же до Киева;
Тут поехал Илья Муромец в чисто поле
А под тую было силу под татарскую.
Попадает ему старец пилигримище,
Пилигримище да тут могучий Иванище;
Говорит ему казак да Илья Муромец,
Илья Муромец да сын Иванович:
«Ты, Иванище да е могучий!
Не очистишь что же нунчу града Киева,
Ты не убьешь нунь поганыих татаровей?»
Говорит ему Иванище могучее:
«Там татарин е великии,
А великии Идолище да страшный;
Он по кулю да хлеба к выти ест,
По ведру вина да он на раз-то пьет,
Так не смею я идти туды к татарину».






