ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В предлагаемом читателю сборнике былин представлены почти все основные сюжеты русского народного эпоса. Былины Русский народный эпос Русский народный эпос В сокровищнице устного героического эпоса народы пронесли через века поэтически обработанные, отшлифованные многими поколениями певцов алмазы своей исторической памяти. Великий русский народ создал былины - замечательные творения национального гения, более тысячи лет передававшиеся изустно народными сказителями, от которых ученые успели записать несколько десятков произведений русского эпоса. Былинный эпос посвящен главным образом временам Киевской Руси - мощной европейской державы раннего средневековья, создавшей чрезвычайно высокую самобытную культуру. В отдаленную от нас многими веками эпоху Древнерусского государства предки великороссов, украинцев и белорусов, будучи еще единым народом, осваивали огромные территории Восточной Европы, пахали землю, строили города и успешно обороняли свою Родину от грабительских набегов степных кочевников. Три столетия героических деяний наших далеких предков составили «эпическое время» былин, о котором повествует большинство дошедших до нас произведений русского народного эпоса. В эту эпоху жили исторические прототипы главных былинных героев; именно тогда были совершены подвиги, воспевавшиеся на протяжении ряда столетий. Позже в былинный эпос влились повествования о героической борьбе против Татаро-монгольского ига и о некоторых других событиях последующего времени. Былины донесли до нас народную оценку исторических событий. Былинный эпос демонстрирует слияние в народном сознании идеи защиты Родины с темой мирного труда. В центре былин образы богатырей - защитников Русской земли, совершающих не только воинские, но и трудовые подвиги. Главные богатыри наделены лучшими чертами русского национального характера. Герои были противостоят захватчикам и насильникам - врагам Русской земли

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Говорит ему казак да Илья Муромец,

Илья Муромец да сын Иванович:

«Ай же ты, Иванище могучее!

Дай-ка мне-ка платьицев нунь старческих,

Да лаптёв же мне-ка нунчу старческих,

Своей шляпы нунь же мне-ка-ва да старческой;

Дай клюки же мне-ка сорока пудов, -

Не узнал бы нунь татарин да поганый,

Что меня же нунь, казака Илья Муромца,

А Илья сына Иванова». -

«А не дал бы я ти платьицев да старческих,

А не смею не дать платьицев тут старческих:

С чести ти не дать, так возьмешь не с чести,

Не с чести возьмешь - уж мне-ка бок набьешь!»

Отдавае ему платьица-те старчески,

Лапти тут давае он же старчески,

Шляпу он давае тут же старческу,

А клюку ту он давае сорока пудов;

Принимает тут же платья богатырские,

А садился на коня да богатырского,

Он поехал Ильей Муромцем.

А идет тут Илья Муромец,

Что идет же к солнышку Владимиру,

Что идет Иванище могучее

В платьях тут же старческих;

Он идет мимо палаты белокаменны,

Мимо ты косящаты окошечки,

Гди сидит было Идолище поганое,

Гди татарин да неверный.

А взглянул было татарин во окошечко,

Сам татарин испроговорит,

Говорит же тут татарин да поганый:

«А по платьицам да иде старчище,

По походочке так Илья Муромец».

Он приходит тут, казак да Илья Муромец,

А во тыи во палаты белокаменны

И во тых было во платьях да во старческих

Того старца пилигримища,

Пилигримища да тут Иванища.

Говорит же тут Идолище поганое:

«Ай же старчище да пилигримище!

А и велик у вас казак да Илья Муромец?»

Отвечае ему старец пилигримище:

«Не огромный наш казак да Илья Муромец,

Уж он толь велик, как я же есть». -

«А помногу ли ваш ест да Илья Муромец?»

Отвечае ему старец пилигримище:

«Не помногу ест казак да Илья Муромец, -

По три он калачика крупивчатых». -

«Он помногу же ли к выти да вина-то пьет?»

Отвечае ему старец пилигримище:

«Он один же пьет да нунь стаканец ли».

Отвечает тут Идолище поганое;

«Это что же есть да нунчу за богатырь ли!

Как нашии татарские богатыри

По кулю да хлеба к выти кушают,

На раз же по ведру вина да выпьют ли».

Отвечает тут казак да Илья Муромец,

Илья Муромец да сын Иванович:

«Как у нашего пода да у Левонтья у Ростовского

Как бывала тут коровища обжорища,

По кубоче соломы да на раз ела,

По лохани да питья е да на раз пила,

Ела, ела, пила, пила, сама лопнула!»

Тут Идолищу поганому не кажется, -

Как ухвати! он ножище да кинжалище,

Да как махне он в казака Илью Муромца,

Во того, было Илью Иванова.

А казак тот был на ножки еще поверток,

А на печку Илья Муромец выскакивал,

На лету он ножичек нодхватывал,

А назад да к нему носом поворачивал;

Как подскочит тут казак да Илья Муромец

Со своей было клюкою сорочинскою,

Как ударит он его да в буйну голову, -

Отлетела голова да будто пугвица.