Что это за деньги и чьи, мы представляли смутно, но надо было срочно прикрывать лавочку, иначе это грозило в первую очередь Мире. Никто не поверит, что моя девочка тут ни при чем, с ее-то родословной.
С этим надо разобраться, причем срочно. Забрать общак и, когда этого урода начнут жать, отдать кому следует, а его пусть забирают к хренам собачьим. Да пусть хоть закопают.
* * *
Еще через час работы я понял, что пора закругляться. Олег же сидел как робот, не вылезая из телефона. В конце концов и он швырнул свой смартфон на край стола.
— Ни хрена не понимаю! Целый день ее нет нигде. Как сквозь землю провалилась. Ты меня, конечно, извини, но я пошел.
Я удивленно смотрел на взвинченного друга. О чем он вообще? Что за чушь несет? Но спросить у него это не удалось. Зазвонил мой разбитый телефон.
Чертыхнувшись, с третьего раза я ухитрился ответить на звонок.
— Максим Трофимов? Это вас беспокоит Филатов Анатолий Николаевич. Вы сейчас располагаете необходимой мне информацией, и я жажду, чтобы вы ею со мной поделились.
На секунду я опешил и тут же сделал знак другу, чтобы тот остановился. Олег уже у двери раздраженно обернулся.
— Что еще, Макс? К завтрашнему дню все готово…
Он осекся, заметив мои кивки в сторону трубки. На том конце расслышали его слова.
— Ах да, вашего безопасника тоже прихватите, проведем повышение квалификации вне очереди, так сказать. Ему понравится.
От последних слов холодок прошелся по моей спине. Я чувствовал, что это ответ на вопрос о той, кого Олег собирался ехать искать. И тон Филатова не сулил ничего хорошего.
— А с чего вы взяли, что нам это интересно, господин Филатов? Мы пытались выйти с вами на связь в течение нескольких месяцев, а вы кормили нас завтраками. Что-то поменялось?
Олег подобрался, поняв, с кем я говорю. Это было важно, важно для нас обоих, но он все равно пялился в экран телефона. Кто же его отвлекает постоянно?
Из трубки повеяло инеем:
— Максим, вы не в том положении, чтобы строить из себя человека всесильного и всезнающего. Оставьте это мне и моим людям, — он выдержал паузу. — Сегодня вашему другу повезло, и он нарыл очень редкую и опасную информацию. Насколько мне известно, она может негативно отразиться на довольно близком мне человеке. Поэтому я заинтересован в том, чтобы без моего ведома вы и шагу ступить не могли.
Я начинал злиться. Старый хрен возомнил себя вершителем судеб? Я уже одного такого видел. Вознесенский тоже считал, что неприступен. На деле все оказалось несколько иначе. Только знало об этом ограниченное количество смельчаков.
— И чем же вы меня заинтересуете?
— Не чем, а кем. Вы чего хотите от моей крестницы, Максим? Зачем вам понадобилась Мирослава? — При упоминании Миры у него даже голос потеплел. — Мы обсудим с вами и эту тему.






