ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Меня называют шлюхой. Возможно, они правы. Иногда я совершаю поступки, которые презираю. Иногда мужчины пользуются мной без спроса. Но у меня есть музыкальный дар, всего один год до выпускного в ср... Пэм Годвин Мрачные ноты Серия: Вне серии Переводчики: Александра К., Дмитрий П. Редактор: Лилия С. Вычитка и оформление: viki_k_n Переведено для группы: Любое копирование без ссылки на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО! Пожалуйста, уважайте чужой труд! Вот ублюдок. Неужели мой брат использовал нашу лучшую посуду для приготовления кокса? Я в гневе выбрасываю ложку в мусорное ведро. Шейн утверждает, что он не в состоянии оплачивать счета, но у безработного ублюдка всегда есть деньги на вечеринку. Мало того, когда я уснула, кухня была безупречной, несмотря на цветущую на стенах плесень и отслоившийся от досок ламинат. Это наш дом, черт побери. Он — единственное, что у нас осталось. Шейн и мама даже не догадываются, через что мне пришлось пройти, чтобы погашать ипотечные платежи. Но ради их же блага, надеюсь, они никогда не узнают. Прикосновение к моей лодыжке пушистого меха привлекает мое внимание к полу. На меня таращатся огромные светящиеся глаза из-под оранжево-полосатой мордочки, и я расслабляюсь. Шуберт наклоняет свою потрепанную кошачью мордочку и трется усами о мою ногу, а хвостик подергивается в воздухе. Он всегда знает, когда я нуждаюсь в любви. Иногда мне кажется, что только он излучает любовь в этом доме. — Мне пора идти, мой сладкий, — шепчу ему, почесывая его шерсть за ухом. — Будь послушным котиком, хорошо? Я с облегчением достаю последний кусочек бананового хлеба, спрятанного в задней части буфета, осознавая, что Шейн его не обнаружил. Заворачиваю кусок хлеба в бумажное полотенце и пытаюсь пройти к входной двери как можно тише. Наш полуразрушенный дом — это одна широкая комната, длиною в пять комнат. Без коридоров. С расположенными рядом друг с другом комнатами

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Чем дольше она смотрит на монитор, тем сильнее пальцы вдавливаются в корпус планшета.

Раздается тихий стук в дверь.

Я не отвлекаю Беверли от просмотра видео, на котором ее муженек долбит в задницу Деб. Открыв дверь, встречаюсь с карими глазами, которые опухли от слез.

Айвори бесшумно заходит в кабинет. Я запираю за ней дверь, затем беру ее за руку и веду к одному из стульев перед столом Беверли.

Мы сидим бок о бок, рука в руке. Айвори скользит взглядом с наших переплетенных пальцев на Беверли. Когда ее глаза, наконец, встречаются с моими, я вижу в них лишь недоумение.

Мне бы хотелось поцеловать ее, но думаю, все же сейчас не самый подходящий момент.

— Декан как раз планировала сообщить тебе, что ты можешь возвращаться в класс.

Когда Беверли отрывается от планшета, на ней нет лица. Она не плачет, не бьется в истерике, даже не выглядит удивленной. Я почти уверен, что эта женщина в курсе, что ее супруг — любитель сходить налево. Но потребность сохранять идеальную репутацию настолько сильна, что она просто не может допустить того, чтобы хоть кто-нибудь знал, что их брак на самом деле просто вонючая кучка дерьма.

Мне приятно осознавать, как она обосралась, представив, какие последствия грозят ей и ее семейке, если это видео вдруг будет обнародовано. Ее карьера декана? До свидания. Лицо ее мужа в рекламных роликах? Ему никогда не отмыться от грязного скандала. Перспективы Прескотта поступить хоть в какое-то более-менее престижное заведение? Без наличия связей нулевые, прям как его способности.

С выражением лица проигравшего, она возвращает планшет на стол.

— Ваши условия?

Я крепче сжимаю руку Айвори.

— Я их уже озвучивал.

Беверли стискивает зубы.

— Я не могу допустить... — Она жестом намекает на нашу связь. — Мисс Уэстбрук будет отчислена. Решено.

Ни хрена подобного. Но, учитывая ситуацию, я готов пойти на компромисс.

— Айвори продолжит обучение. Я же немедленно напишу заявление об уходе.

Я чувствую, как на этих словах, моя девочка вздрагивает.

— Эмерик, не стоит...

Я усиливаю хватку на ее руке, напоминая о ее обещании доверять мне. Она делает это.

— Скажите Айвори, что она может вернуться в класс, — требовательно говорю я.

Беверли бросает на меня взгляд, преисполненный ненависти.

— Мисс Уэстбрук, возвращайтесь в класс.

Глава 47

АЙВОРИ

Новое утро. Очередной подъем. Я сонная, но счастливая и одухотворенная. Хотя сегодняшнее утро все же отличается от остальных.

Сегодня я сонная, счастливая, одухотворенная выпускница школы ЛеМойн.

Выпускной бал состоялся вчера в актовом зале кампуса. В том самом зале, который чуть не оставил меня без диплома. На мероприятии присутствовали Стоджи и родители Эмерика.