ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Это не было началом, скорее концом. Моя жизнь постепенно опускалась на самое дно, и на поверхности меня держала только недавно родившаяся дочь. Муж скатывался в игровую зависимость, нас выгнали с п... По льду Анна Цой Глава 1 Подъездная дверь открылась крайне неохотно. На скрип и противный писк домофона я уже не обращала внимание, будто это могло иметь хоть какое-нибудь значение. — Быстрее шевелиться не можешь? — раздалось позади от мужа, — ощущение, будто ты сдохла. Я вдохнула морозный воздух улицы и выдохнула тёплый, поднявшийся паром к индевеющим ресницам. — Оглохла? — уже совсем кричащее сбоку — мы вышли под козырек подъезда. Говорить ему ничего не хотелось. Он, если честно, был таким, если не всегда, то после свадьбы точно. Если можно было так назвать нашу скорую роспись «по залёту». Сейчас Сонечка тихо сопела в массивной коляске, которую я толкала впереди себя по пандусу, пока мой «любимый и родной» пошатываясь жмурился от яркого солнца на первой ступени. Ещё бы — просидела бы я всю ночь перед ноутбуком в компании шумных друзей с пивом, точно не смогла бы стоять ровно. Сейчас было девять утра, и он планировал как обычно лечь спать, в то время как шумный и крикливые мы тащились на длительную прогулку, чтобы не мешать ему. — Ребёнка не заморозь, — решил проявить интерес к дочери он, — часа два хватит. Я кивнула, прикидывая, что это время придётся разделить надвое и пойти в торговый центр в шести дворах от нашего дома. Выйдет даже больше из-за длительного пути туда и обратно. Он достал из кармана пустую пачку сигарет, бросил в урну и выругался так, будто и не за ними шёл сейчас в магазин. В такие моменты он выглядел странным. У нас было типичное знакомство на вписке, благодаря которой у нас и получилась дочь. Совершенно стандартная липкая гадость, выбраться из которой я желала уже год с того самого дня, как она произошла. Но никто из нас не был виноват в случившемс

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И мне сейчас нечего терять, кроме неё! Плевать на себя, тебя, Никиту и на всех остальных! А он может забрать её, понимаешь! Заберёт, и у меня не останется вообще ничего! Ей будет плохо, а я не смогу ничего сделать! И плевать я хотела на то, что мне нужно и что я хотела бы! Я хочу, чтобы в порядке была она!

— Нет разницы?! — прошипел он, — он тебе синяков наставил, а тебе нет разницы?!

Я опустила голову, всё ещё держа в глазах слёзы. Артём же успокоился.

— Я, наверное, просто конченный идиот, раз терплю это! — он поднялся и вышел из комнаты, исчезнув в неосвещенном коридоре.

Я прильнула лбом к прохладному полу и, наконец, дала волю эмоциям.

— Иди на диван, бессовестная, — на плечи опустился плед, а его руки практически подняли меня с пола, — мм-м… вся в соплях. Всё, как я люблю, — со смешком добавил он.

Он довёл меня до дивана, чтобы усадить практически у себя на коленях.

— Это слёзы, — возмущенно поправила я.

Но успокоилась. Именного этого он и добивался — моего спокойствия. Двух истерик в день было уже много.

— Всё равно обожаю, — ухмылка, — предлагаю прощальное кино, раз ты меня совсем бросаешь. Выбираю я, а то ты сейчас остановишься на слезливой мелодраме и уревёшься насмерть.

Он достал из диванной боковой полки пульт и включил телевизор, где быстро нашел какой-то фильм из разряда «боевик, но с фэнтези», после чего сурово уместил мою голову на своей груди. Стало тепло, безопасно и уютно. От этого было ещё гаже на душе и грустнее на сердце.

— Обижаешься? — прошептала я, слушая биение его сердца.

Учащенное и громкое.

— Злюсь, — бросил он, внимательно следя за тем, как главный герой фильма идёт по своей квартире с задумчивым видом.

— Прости, — выдавила.

Он нахмурился и поджал губы.

— Да ладно, — холодный тон, — прикасаться к тебе он больше не станет — с ним уже провели разъяснительную беседу. Насчёт остального, то я ускорю план на пару недель, займусь прослушкой серьёзнее, посажу на то кресло «охрану», а ещё посажу твоего бывшего мужа — он меня тоже злит.

— Что за план? — поинтересовалась я.

Ухмылка расцвела на его губах. Взгляд упал на моё лицо.

— Всё тебе расскажи, — смеющееся.

— «Тоже злит»? — продолжила копать, — ты всех отправляешь в тюрьму, кто тебя злит?

Он рассмеялся.

— У тебя было бы пожизненное, Вась, — поддел меня он, — как и у моей не в меру деятельной мамы.

Я даже кивнула, понимая, о чём он.

— Мы помирились, — обрадовала его, — смысла в этом, правда, нет, но всё же.

Его хмык потонул в моём непонимании.

— Ага, бессмысленно, — он был не согласен, — она обещала отрезать мне голову со словами «Ты её все равно не используешь» на нашей свадьбе.

Я закатила глаза.

— А ещё вырвать сердце, чтобы я тебя не любил, — добавил с улыбкой.

Я кивнула.

— Не думаю, что без головы ты бы думал обо мне, — напомнила ему на всякий случай.