ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Чтобы школьная газета обрела былую востребованность у учащихся старшей школы городка Гринлейк, Хейзи и её друг Оливер придумывают «Волшебную коробку». Теперь каждый может анонимно высказаться о сос... Новенький Кейт Харт 1 Это случилось внезапно. Точно по щелчку все девчонки в школе стали говорить о новеньком выпускнике, чья грубоватая, но чрезвычайно привлекательная внешность, как говорят многие, вынуждала заикаться даже мужеподобную и вечно угрюмую мисс Гордон. Эти разговоры и шушуканья колесили по школе всю первую неделю нового учебного года и я, являясь главным редактором школьной газеты, безусловно не могла оставить это событие без внимания. – Ну, и? Кто напишет коротенькую заметку об этом мачо-шмачо-секси? – иронично спрашиваю я. – Лесли? Может ты? – Я? – взволнованно отвечает она. – Почему я? – Не ты ли весь обед громко вздыхала в столовой, рассказывая своим подружкам о случайной встрече с этим…героем недели? – Не то, чтобы вздыхала… Просто он пронесся мимо, а я так опешила, что… – Намочила трусики от страха и радости, да? – смеется Оливер и громко потягивает колу из широкой трубочки. – Ладно тебе, не смущайся. А лучше бери быка за рога, пока есть возможность. – В каком смысле? Проведя рукой по своей идеальной и густой шевелюре, Оливер медленно разворачивается к скромнице Лесли и, нарочно понизив голос, объясняет: – С твоей уверенностью в себе, которая равна разве что крохотному муравьишке, тебе ни за что не удастся заговорить с этим парнем и уж тем более обратить на себя внимание. А так есть прекрасный повод: целое интервью для газеты! – Эй! – встреваю я, стукнув ручкой по столу. – Вообще-то я говорила о короткой заметке, а не об интервью, которое всем до лампочки. А ты, Лесли, не слушай этого говнюка. Он несет чушь насчет твоей уверенности в себе и прочего. Оливер, будь добр, закрой рот и бери задания, которые я раздаю. – Ты чертовски ошибаешься, Хейз. От это

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Некто очень вежливо попросил, чтобы Келли перестала вешаться на шею новенькому, поскольку выглядит это смешно и нелепо. «Давно пора понять, что парень не заинтересован в ней», – повторяет Эмма слова из послания. – Ну, и ещё всяких таких оборотов интересных. Думаю, это написал Картер. Его эссе по английскому произвело впечатление на многих.

– Прайса?

– Ты удивлена?

– Ну, конечно! – отвечаю я с набитым ртом. – Он же… Ну, типичный красавчик, капитан команды и его не может интересовать ничего другого, чем вот это, – указываю я на поле.

– И у него нет «Инстаграм».

– Это я помню. А почему?

– Не знаю, но Картер Прайс определенно незаурядная личность. Может, всё же возьмем у него интервью?

– Окей, бери! – пожимаю я плечами.

– Правда? И мне не нужно уговаривать тебя?

– Делай, что считаешь нужным.

– А где же строгая и придирчивая Хейзи Пирс? – смеется Эмма. – Которую нужно уламывать на интервью с новеньким?

– Она устала быть Хейзи Пирс, – тихонько бросаю я. Начинаю хлопать и кричать, поскольку начинается игра.

⁂

Эмма зовет меня на вечеринку в честь победы над «Синими птицами». Я сразу же отказываюсь, сославшись на усталость, и потому даже не интересуюсь, чей дом на сей раз будет превращаться в помойку. Поскольку мои родители отправились в Форестлейк на годовщину свадьбы маминой подруги по колледжу, никто из них за мной не приедет. Оливер уж точно поехал на вечеринку вместе с Джози, о которой не рассказывал мне больше двух недель. В последнее время я заметила, что Оливер в принципе многим не делится со мной, даже тем, что касается непосредственно меня. Как в случае с осьминогом.

Погруженная в свои мысли, я неспешно иду домой пешком. Не понимаю, что творится внутри меня и почему комок горькой обиды так неприятно першит в горле? Слова Оливера о том, что я – Хейзи Пирс, оставили во мне неприятный осадок и теперь мне становится противно от одной мысли, что до этой самой «безотказной и бесчувственной Хейзи Пирс» я сама себя и довела. Никто из парней не предлагает подвести меня домой, никто не приглашает меня на свидания, никто даже воздушный поцелуй мне не посылает! Записки, адресованные мне, я в расчет не беру, поскольку они глупые и в них нет ничего искреннего. Ну, разве что обзывалки. Хотя, признаться честно, то первое послание, где некто назвал меня «прекрасной», вселило надежду. Такую глупую, девичью и розовую, в сердечках и стразах, что теперь мерзко на душе делается, ведь кто может запасть на Хейзи Пирс?!

– Пирс?

– Господи! – подскакиваю я на месте от испуга. У тротуара стоит темная машина с белыми фарами, а из окна выглядывает улыбчивое лицо Картера Прайса. – Ты что, бесстрашная? Сейчас слишком поздно, чтобы шататься одной по городу.

– Я вовсе не шатаюсь, а возвращаюсь домой.