Но ты же сама понимаешь, что это чертовски сложно.
– А ты постарайся.
– Ладно, хорошо. – Мы идем молча всего несколько секунд и даже за это короткое время я успеваю соскучиться по его голосу. – Так и долго отмывалась?
– Часа два. За ужином не могла смотреть на еду и просидела в ванной еще час.
Картер начинает громко смеяться, а я же прячу свою улыбку в темноте.
– Я так и знал, что это ты, Пирс. Сначала сомневался, но потом, когда ты сказала, что я неприятен тебе, всё встало на свои места.
– Наверное сложно принять тот факт, что от тебя без ума не все девушки Гринлейк, да?
– Думаю, будь я на твоем месте, то тоже очень бы разозлился на меня, ведь топать столько в собачьем дерьме…
– Замолчи.
– Ладно, – усмехается Картер. Несколько секунд мы идем в полной тишине и я, правда, не понимаю, почему он до сих пор плетется рядом. – Извини меня за тот момент, Хейзи. Кажется, я был не в настроении, но это не оправдание. Я обязан был остановиться и помочь тебе подняться.
Если честно, то я совершенно не понимаю, как должна реагировать на эти слова, сказанные по-настоящему искренне.
– Ещё тебе бы не помешало смотреть по сторонам, – добавляю я и Картер начинает снова смеяться.
– Поверь, теперь я очень внимателен!
Мы снова идем молча и чем дольше длится эта странная тишина, тем глубже и стремительнее я проваливаюсь бездонную пучину непонимания этого необъяснимого момента.
– Ты всегда выбираешь этот путь, когда тебя не кому подвезти домой?
– Боишься темноты?
– Нет, а вот тебе стоило бы. Здесь же ни одного фонаря, ни одной живой души.
– Тем лучше, – пожимаю я плечами.
– Совсем бесстрашная?
– А чего я должна бояться по-твоему?
– Ты должна быть осторожной, Хейзи. Если тебя действительно некому подвезти домой, то выбирай дорогу, где есть люди, свет и хоть какая-то жизнь.
– Боже мой! – усмехаюсь я. – Надо же, новенький боится темноты и тихих безлюдных местечек. Если влюбленные дурочки узнают об этом, то как минимум половина из них отсеется. Может, тебе стоит пойти обратно, а то ненароком скажешь мне ещё что-нибудь, а я не смогу удержаться, чтобы не проговориться.
– Можешь говорить, что угодно, Хейзи, – спокойно отвечает мне Картер. – Я уйду только, когда буду знать, что ты дома.
– В телохранители я тебя не нанимала, Картер. И советую тебе ознакомиться со скудной статистикой преступлений в Гринлейк. А то гляди из-за своего страха так каждую девчонку провожать будешь и пропустишь все самые веселые вечеринки.
– Это вовсе не страх, Хейзи. Это просто меры предосторожности.
Мне кажется, или Картер по-настоящему знает, о чем говорит?
– Почему вы с семьей переехали сюда?
– Интервью для газеты? – усмехается он.
– Способ заглушить тишину и твои тяжелые шаги.
– А-а.
– Ну, и?
– Не знаю. Переехали и переехали.






