ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Это шоу, что не показывают по телевизору. Но тысячи людей по всему миру платят, чтобы смотреть его в сети. Хотя в нём, казалось бы, нет ничего необычного: молодой, богатый, красивый холостяк выбира... Станешь моей? Елена Лабрус Пролог Он идёт, идёт! Стихает царящее в зале оживление. Девушки выпрямляют спины, одёргивают платья и замолкают, готовясь к встрече с Адамом. – Да отстань ты, дура! – толкает Лорен соседку, глупую как курица Люси, которая всё норовит схватить её за руку. – С этими новенькими вечно столько проблем, – понимающе наклоняется к ней Мэри. – Уверена эта Люси вылетит уже завтра. – Думаешь она не откажется? – всё так же тихо спрашивает подруга. – А ты бы отказалась? – вопрос, который девушки задают друг другу каждый день, изо дня в день. И каждая из них в глубине души знает ответ: ни за что. – Вот увидишь, если он выберет меня, – откидывает за спину блестящие тёмные волосы Мэри, – я откажусь. Лорен, конечно, не показывает вида, что не верит. Уж чему-чему, а умению скрывать свои чувства она точно научилась за эти два месяца. А уж сколько раз она слышала это «откажусь». Только ни разу ни одна ещё не смогла. И эта Мэри, что целый месяц крутит перед Адамом хвостом, примет его красную розу как миленькая. И новенькая, что тут без году неделя, если выбор падёт на неё, согласится на единственную ночь с ним. Но, если сегодня Адам выберет её, Лорен, как она привыкла себя называть в этих стенах, возьмёт эту чёртову розу не сомневаясь. Это невыносимо: видеть его каждый день, прикасаться, ловить его взгляды, получать подарки. Каждый вечер надеяться, что он выберет её и в то же время мечтать, что не выберет. Она устала метаться. Если ей не суждено выйти за него замуж, она хочет принадлежать ему хотя бы на одну ночь. – Девушки, – бархатный баритон Адама заставляет всех не просто замолчать, затаить дыхание. Обычно вечером он одет с иголочки. Костюм, галстук, всё идеаль

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Люси, – делает он паузу, заглядывая в глаза, пока эта дурочка приплясывает перед ним от счастья. – Ты возьмёшь эту розу?

– Да, Адам! Да! – виснет она у него на шее. – Спасибо!

В её глазах не блестят слёзы. Новенькая! Что с них возьмёшь? Для неё это пока просто игра. Подпрыгивая от счастья, она занимает отведённый для участниц подиум.

Адам не провожает её взглядом. Берёт следующий белый цветок… а потом следующий…

Одно за другим звучат имена. Редеет букет. Одно за одним освобождаются рядом с Лорен места.

Последнюю белую розу уносит, пошатываясь на неверных ногах её подруга Мэри. И Лорен остаётся… одна.

Пятнадцать пар искусно накрашенных глаз смотрят на него с обожанием. Пятнадцать сердец замерли в ожидании. Пятнадцать. Но сегодня он разобьёт только одно.

– Лорен.

Ну вот и всё! Она делает шаг вперёд.

И забывает всё, к чему стремилась когда-то, глядя в его тёмные глаза. И посылает к чёрту всё, когда он протягивает ей эту проклятую последнюю розу.

– Станешь моей?

– А ты как думаешь? – гордо вскидывает она голову.

– Это твой выбор, – мягко улыбается Адам.

– Да, Адам, чёрт тебя побери! Да!

Пей, дурочка! Будет больно. И пока она смакует дорогой напиток и разглядывает меня, методично снимаю пиджак, галстук, рубашку. Аккуратно вешаю их на спинку кресла. Ставлю рядом ботинки. Стягиваю и бережно сворачиваю брюки. Носки и шелковистые боксёры отправляются вслед за ними.

Даже слышу, как жужжит камера, разворачиваясь в тёмном стеклянном полушарии, чтобы показать удивлённое лицо девушки и мой вздыбившийся орган. Уверен, эти у экранов, уже свесили свои вялые члены из ширинок, уже ласково поглаживают их мозолистыми руками, готовясь к нам присоединиться. Добро пожаловать, господа!

Девушка делает небольшой глоток и отставляет фужер.

Ты сделала свой выбор, милая! И я наотмашь бью её по лицу.

Задохнувшись от неожиданности, она отлетает к центру комнаты и падает на мягкий ковёр. Силится подняться в узком платье, встаёт на четвереньки. Но мне большего и не надо. Задираю эластичную ткань платья, прижав её к полу одной рукой.

– Адам, – инстинктивно пытается она вырваться, не понимая, что происходит.

– Заткнись, сука! – рывком спускаю к коленям её крошечные трусики.

Надеюсь, она вообразила себе хоть что-нибудь, пока мы танцевали. Хоть немного намокла, когда я нежно прикасался к её губам в поцелуе. А то трахать её на сухую то ещё удовольствие. К счастью, она гладенько выбрита и в меру влажненькая. Сдвигаюсь, чтобы камера запечатлила её розовенький бутончик во всей красе. Хоть это и сложно – она вырывается.

– Нет! – дёргается, брыкается, пытается отползти, норовит меня лягнуть острым каблуком.

– Напрасно, милая, – старюсь, чтобы голос мой звучал как можно мягче.