ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Эрик и Кейс, войдя в маленькую дверь под железнодорожным мостом, оказываются в странном Выровненном мире, где идёт борьба за власть. Стена на краю этого мира между мирами разрушена, и пилигримы вынуждены бежать от Мучителей, страшных существ, прорвавшихся через брешь. И ходят слухи, что один из Великих драконов вырвался на волю из небесной тюрьмы. Но есть ещё более страшные вещи: до превращения Друга и Владетеля лорда By в Бога осталось совсем мало времени, а по Леваалю бесцельно бродит бесплотная сущность, именуемая Тень, копирующая внешность Эрика и обладающая Великой силой, пока не осознавая это. Конец может наступить быстрее, чем кто-либо думает…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Порой один из них медленно поворачивал голову, провожая человека взглядом. Анфен смотрел им прямо в глаза, ожидая, что в любой миг очередная тварь бросится к нему широкими шагами и раздастся хорошо запомнившийся ему шелест длинных игл, заменявших мерзким существам волосы. Но этих ублюдков он не боялся. Как и Инвий, которые давно должны были выследить его по Метке, — по правде говоря, Анфен уже никого и ничего не боялся. Но Мучители лишь наблюдали за ним.

Не так давно он проснулся в канаве. Какой-то добросердечный путник спихнул его с Дороги, чтобы спящего не раздавили копыта лошадей или колеса фургонов. Путник к тому же оказался достаточно любезным, чтобы не ограбить бесчувственное тело, правда вооруженное ножом и кинжалом. Полутруп, который некогда дважды выигрывал высочайшую награду воина, Шлем Доблести, которого боялись тем больше, чем больше на его счету оказывалось убитых…

Доберется ли Анфен до своей цели или нет, не так уж и важно. В любом случае его ждет смерть. Он мечтал о медленной и мучительной смерти, которую заслужил, хотел прочувствовать каждую секунду, чтобы плоть горела в огне. Он шел к ней с того самого мига, как впервые встал на ноги и, неуверенно пройдясь по кухне, схватился за юбку матери. Такими же неровными, спотыкающимися шагами, как сейчас.

Заплетающиеся ноги окончательно ослабли, не выдержав невидимого давления, тело утратило равновесие, и он свалился, ударившись головой о камень. Перед глазами вспыхнули белые искры. Прежде чем потерять сознание, Анфен почему-то услышал веселый смех своей матери, изливавшей на него всю свою любовь и радость, похвалы и восторги, когда он неуклюже побежал по кухонному полу, сжимая в ладошке свой первый игрушечный меч, вырезанный отцом. «Мой маленький солдат, — говорила она. — Мой маленький солдат».

—

Почему ты ищешь смерти, воин?

— произнес голос за его спиной.

Как только Анфену удалось привести тело в относительно вертикальное положение, он безжалостно погнал его вперед. Дорога вновь принадлежала ему одному. Небо — нет, не только небо, весь мир обрел насыщенный темный оттенок сгустившихся сумерек, которого воину еще не доводилось видеть. Глубокая тишина заглушила голос ветра и пение птиц — собственно, все, кроме шуршания его собственных шагов. Вплоть до того мига, когда за спиной раздался неспешно приближающийся цокот копыт и голос всадника, которого, как он прекрасно знал, на самом деле не существовало.

Анфену совершенно не хотелось оборачиваться и устремлять взор на призрака, чье появление (он вполне отдавал себе в этом отчет) означало его окончательное прощание с реальностью и разумом. Ему нравилась тишина, впрочем, как и приглушенный размеренный, будто терпеливый цокот копыт, отбивающих четкий ритм.