Когда отец, наконец, являлся домой, я обнимал его — сначала чтобы тайком унюхать незабываемый аромат джина «Гилбис», а потом уже просто так. И он редко пропускал свои «Трезвые рассветы». Иногда по воскресеньям к нам на ланч приезжал Линди, приносил еду на вынос и мы втроем смотрели по телику «Медведей» или «Уайт Сокс», если был бейсбольный сезон [14]
. В один из таких вечеров отец сказал, что его бизнес растет с каждым месяцем.
— Он рос бы еще быстрее, если бы я чаще становился на сторону истца в разных скользких делах, но многие из них плохо пахнут.
— И не говори, — вздохнул Линди. — На время это позволит добиться успеха, но в конце концов тебя ухватят за задницу.
Перед началом моего последнего года обучения в средней школе Хиллвью папа сказал, что нам нужно серьезно поговорить. Я приготовился к лекции о пьянстве несовершеннолетних или разговоре о том дерьме, которым мы занимались с моим другом Берти Бердом во время (и какое-то время после) папиных запоев, но он не имел в виду ни того, ни другого. Он заговорил о школе. Сказал, что я должен хорошо учиться, если хочу поступить в нормальный колледж.
Действительно
хорошо.
— Мой бизнес заработал. Сначала было нелегко, пришлось даже взять в долг у моего брата, но я уже почти все выплатил, и думаю, что скоро встану на твердую почву. Телефон у меня звонит часто. Но когда дело доходит до колледжа…
Он покачал головой.
— Не думаю, что смогу тебе чем-то помочь, по крайней мере, вначале. Нам чертовски повезло, что у нас вообще есть деньги. Все это моя вина, и я делаю все, что в моих силах, чтобы исправить ситуацию…
— Я знаю.
— …но ты должен помочь себе сам. Тебе нужно работать. Нужно набрать высокие баллы по тестам, когда вы их будете проходить.
Я планировал сдать академический тест [15]
в декабре, но не сказал об этом, и папа продолжал свою речь.
— Еще тебе надо подумать о кредитах, но только в крайнем случае — эти кредиты будут висеть на тебе еще много лет. Попробуй добиться стипендии. И занимайся спортом, это тоже путь к стипендии, а главное, это оценки. Оценки, оценки и еще раз оценки. Я не хочу, чтобы ты говорил прощальную речь [16]
, но хочу видеть тебя в первой десятке. Понятно?
— Да, отец, — сказал я, и он наградил меня шутливым подзатыльником.
10
Я старался и получал хорошие оценки. Осенью я играл в футбол, а весной — в бейсбол. В старших классах я неплохо успевал в обоих видах спорта. Тренер Харкнесс хотел, чтобы я играл еще и в баскетбол, но я отказался. Я сказал ему, что мне нужны по меньшей мере три месяца в году, чтобы заниматься другими делами. Тренер ушел ни с чем, печалясь по поводу состояния молодежи в наше упадочное время.
Я ходил на танцы, целовался с девушками, у меня появилось несколько хороших друзей, большинство которых (но не все) были спортсменами.






