ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Молодого парня по имени Гэбриел обвиняют в непреднамеренном убийстве бездомного и заключают в тюрьму – причем он сам не уверен, точно ли совершил это преступление. Одновременно с этим в городе происходит зверское убийство супружеской пары неизвестными, похожими на сектантов. Полицейские Имоджен и Майлз ведут расследование обоих преступлений, пытаясь отыскать между ними связь. Но очень скоро события начинают затрагивать их жизнь напрямую. Ангел Даймонд Катерина Катерина Даймонд А нгел Посвящается Оливеру. Трудись усердно и постарайся не угодить в тюрьму. С любовью, Мама. Роман от начала и до конца является вымыслом. Имена, характеры персонажей и события, описанные в книге, – плоды авторского воображения. Любые совпадения с портретами реальных людей, живых или умерших, с происшествиями, случившимися в действительности, как и с изображенными в тексте местами, существующими на самом деле, следует считать абсолютно случайными. Пролог 1986 год Снег толстым слоем укрыл подъездную дорожку, как и почти весь городок. Он неутомимо валил с самого утра, хотя прогноз погоды в новостях накануне обещал всего лишь легкие осадки. Мартина выглянула на улицу. Все вокруг спряталось под глубоким девственно-чистым покрывалом, ставшим эдакой идиллической снежной тюрьмой. Рождественская елка соседа валялась у баков с мусором. Мусорщик отказывался увозить ее на свалку уже несколько недель подряд, но упрямый старикан Маррей продолжал оставлять ее там в знак протеста. Даже отбросы стали выглядеть симпатичнее, когда их присыпал снег. Она прикинула, сколько еще проспит младенец. Он ведь проснется голодным, а у нее закончилась детская питательная смесь. Муж прочно застрял на работе, ей же никак нельзя остаться без еды к моменту пробуждения Джейми. О походе по магазинам не приходилось и мечтать. Без сомнений, большая часть их сегодня даже не открылась. Мартина подбросила в камин еще одно полено. Пус

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он сжал зубы, чтобы не заговорить. Неужели она действительно считает его способным на такое? У него скрутило желудок при одной мысли о фотографиях, которые он забрал из дома Картеров. Они встретились взглядами через стол, и Дин увидел, что Имоджен сожалеет о сказанном, на ее лице теперь читался страх за него, придавший ему сил.

– Я забрал снимки вовсе не для этого.

– Может, никаких снимков не было, а вы вломились в дом Картеров, чтобы убить их?

– Так они мертвы? – Дин улыбнулся, поскольку для него это была лучшая новость за весь день.

– Вы хотите сказать, что не знали об этом?

– Верно, не знал, но оплакивать их смерть не стану.

– Вы были знакомы с Картерами?

– Да, я встречался с ними, хотя и очень давно.

– Как бы вы охарактеризовали свои отношения с ними?

– Я воспитывался в приемных семьях и приютах для сирот. Когда я был мальчиком, меня приводили к ним домой. Дважды. Там было много взрослых людей, которые заплатили либо за секс с нами, либо за возможность наблюдать, как мы деремся друг с другом. Некоторые дети бывали там гораздо чаще меня. Думаю, в какой-то степени мне повезло. – Дин произнес это с откровенным сарказмом.

– Снимки были сделаны во время этих вечеринок?

– По всей видимости, в каждой комнате установили скрытые камеры. Картеры с помощью записей и фотографий получали возможность шантажировать своих гостей.

– Вы сами просмотрели снимки?

– Только чтобы убедиться, что это именно те фото, которые мне нужны. Но детально я их не рассматривал, нет.

– Вы осознаете, что, уничтожив фотографии, вы практически защитили людей, совершавших извращенные деяния?

– Не их я хотел защитить.

– Себя?

– Не только. Я стремился защитить и других детей. Подумайте, каково это – переживать наихудший момент в своей жизни, перепугаться до смерти, оказаться в ситуации, которую никто не может вынести, да и не должен выносить. А потом представьте, что кто-то снял это на фото- или видеокамеру и может разглядывать отвратительные сцены вновь и вновь, когда только пожелает. Вообразите кого-то, кто наслаждается моментами вашей уязвимости и вашего страха, навсегда застывшими во времени.

– Значит, вы уничтожили важные улики? – вмешался Фрейзер.

– Таким был первоначальный план.

Дин словно забыл, где находится, сконцентрировав внимание на Имоджен.

– Значит, все-таки не уничтожили? – спросила она.

– Я принял во внимание вероятный интерес полиции к фотографиям и видеозаписям. Пока я надежно спрятал их. Хотел еще раз все хорошенько обдумать.

– Это утаивание доказательств и грубое нарушение условий вашего досрочного освобождения, – сказала Имоджен.

– Ради этого я охотно готов вернуться в тюрьму.

– Если полиция займется расследованием…

Дин перебил ее.