В памяти всплывает вопрос Толстяка: «Да что вы там забыли, в этом Коррезе, Борниш?»
Еще немного, и я бы воспроизвел его хозяину кафе, облокотившемуся на стойку напротив и обдававшему меня запахом колбасы и красного вина. Я отступаю на шаг назад.
— Здорово, — говорю я, преданно глядя ему в глаза, — а я еду в Шабриньяк…
Без Марлиз я бы никогда не узнал названия этого захолустья. И, несмотря на обиду, я думаю о ней с благодарностью. Пока я мочу губы в пенистом пиве, хозяин от усердия морщит лоб:
— Погодите, это случайно не в районе Жюйяка?
Нашел у кого спрашивать! Я до недавнего времени справлялся по карте железнодорожных сообщений Франции, чтобы определить, куда меня посылает в командировку Министерство Внутренних Дел.
— Точно, там, — с радостью подхватываю я, ставя кружку на стойку. — Это рядом с Жюйяком.
По правде говоря, я совсем в этом не уверен, но в полиции надо уметь соврать, чтобы расположить к себе человека. К тому же теперь, когда мы почти друзья, я могу не стесняться и спросить прямо:
— Скажите, тут у вас напротив живет одна красотка… Лилиан Серизоль. Вы ее, случайно, не знаете?
Я принимаю вид заправского волокиты. Прямое попадание. Хозяин, весь замаслившийся от мужской солидарности, наклоняется ко мне поближе.
— Ну, конечно. Это девочка что надо. К сожалению, оклеивали его обоями, и над камином отвалившийся кусок этих обоев напоминает засохший пирог «Наполеон».
Я снова нажимаю на кнопку звонка, но все впустую. Гнетущая тишина. Я рассеянно осматриваю этот жалкий интерьер. Стопка простыней лежит рядом с допотопной швейной машиной. Лежащая в раковине салфетка воняет хлоркой, напоминая трупик какого-то животного…
— Есть здесь кто-нибудь?
Я стою перед лестницей, покрытой пестрым ковром, и жду ответа. Безрезультатно. Неужели хризантемы принесли несчастье своему хозяину? И он мирно переваривает обед на том свете? Только шум с улицы вносит какое-то подобие жизни в мрачное помещение… Ну что же, придется воспользоваться телефоном без разрешения хозяев. С трудом я различаю номер телефона на пожелтевшем циферблате.
— Говорят из гостиницы «Хризантема», Пасси 11–17… Я хочу сказать, что какой-то тип подозрительно ведет себя. Он, похоже, наблюдает за домом номер 5 по улице Лекэн. Наверное, сообщник квартирного вора. Маленького роста, одет в спецовку. Проверьте его, пожалуйста.
Только я повесил трубку, как тихо звякает звонок. Я так и думал, что сейчас будут проверять, откуда звонили. Я сразу же снимаю трубку:
— Да, это «Хризантема». Этот тип все еще здесь. Быстрее приезжайте.
Так, никем не замеченный, я выхожу из гостиницы на улицу. Такси в поисках клиента медленно катится по улице Жана Болотня.
— Эй!
Я достаю свой жетон и сую под нос шоферу, который неожиданно отвечает мне широкой улыбкой.






