Он видел, как приходили после пожарной тревоги мы с Могильщиком, как пошел гулять с собакой, а вернулся без нее африканец; видел он и Небесную, когда та рано утром ненадолго заходила в квартиру. Нет, Бенни мог быть уверен, что сверток с героином никто из квартиры не вынес.
Детективы переглянулись.
— Значит, сверток и сейчас здесь, — сказал лейтенант уголовной полиции.
— Это исключается, — возразил капитан. — Мы весь дом прочесали вдоль и поперек. Другие жильцы, уверен, не имеют к этому делу никакого отношения. Мы же собственноручно проверили всех на входе, осмотрели в кладовке каждый сундук, каждую коробку, всю старую мебель. Мастерскую буквально перевернули вверх дном, разобрали топливную форсунку, стиральные машины, выгребли золу из мусоросжигателя, заглянули в канализационную трубу, даже камеры из двух автопокрышек вынули. Во что превратили квартиру управляющего, вы видели сами. При таком обыске иголка бы нашлась — не то что сверток.
— Бенни прекрасно отдавал себе в этом отчет. Такой сверток не спрячешь, поэтому избавиться от него Гас мог, только передав его кому-то в доме.
— А Мейсон не говорил, большой это был сверток? — полюбопытствовал детектив из ПБМ.
— Говорил: в свертке было пять килограммов восьмидесятидвухпроцентного героина.
Все присутствующие присвистнули одновременно.
— Ничего себе! — хмыкнул лейтенант уголовной полиции.
— Сейчас посчитаем, — оживился детектив из ПБМ. — За килограмм чистого наркотика он платит примерно пятнадцать тысяч долларов. То есть около семидесяти пяти тысяч за сверток. Потом разбавляет героин лактозой и таким образом имеет с каждого килограмма порядка полумиллиона долларов, а значит, два с половиной миллиона за весь сверток.
— Иными словами, мотив для убийства имелся, — сказал лейтенант.
— И все-таки куда делся героин? — отозвался капитан из Отдела по борьбе с наркотиками.
— Именно этот вопрос Мейсон и задал жене управляющего, но Джинни ничем не могла ему помочь. Она сказала, что Гас не водил дружбы с жильцами, скорее даже не ладил с ними.
— Ничего удивительного, — сказал капитан. — Он же местом управляющего не дорожил.
— Затем Бенни спросил ее про Мизинца, и она рассказала все, что про альбиноса знала, но подробности жизни Мизинца Мейсона, как вы догадываетесь, не интересовали. Он хотел знать только одно: мог ли Мизинец взять у Гаса сверток и припрятать его где-то в доме. На это Джинни ответила, что лучше дождаться, пока Гас сможет говорить, и спросить об этом его самого — ведь она ни мужа, ни Мизинца с полуночи не видала. Тогда Мейсон признался, что, не найдя в сундуке свертка, его люди Гаса убили, а труп сбросили в реку.






