ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Эрин Хантер ПРОРОЧЕСТВО СИНЕЙ ЗВЕЗДЫ. ВЫБОР Глава I Было еще темно, когда Синегривка проснулась от острой боли, когтями раздиравшей ее желудок. Пошатываясь, она встала и побрела к поганому месту, ей было настолько плохо, что она не обратила внимания на доносившийся из детской тоненький писк. На обратном пути до Синегривки донеслись приглушенные голоса, успокаивающие плачущих котят. Темная тень скользнула по краю поляны. Приглядевшись, Синегривка узнала Розолапку, выбиравшуюся из палатки. — Привет! — шепотом окликнула ее Синегривка. Розолапка остановилась и обернулась, ее глаза сверкнули в темноте. Шерсть у нее была всклокочена, и выглядела она примерно также, как чувствовала себя Синегривка. — Иду на поганое место, — простонала Розолапка. — Живот болит? — спросила Синегривка. Розолапка страдальчески кивнула и добавила: — У Нежнолапки тоже. Должно быть, все дело в мыши, которую они вчера съели втроем. Синегривка вернулась в свою палатку и улеглась. Ей удалось ненадолго забыться, но острая боль не отпускала даже во сне. — Отодвинься! — оттолкнула ее Белогривка. — Ты меня всю ночь пихаешь! — Прости, — простонала Синегривка. — Живот разболелся. Белогривка тут же села и сонно уставилась на сестру. — Позвать Гусохвоста? Синегривка покачала головой. Живот скрутило с такой силой, что ей пришлось судорожно втягивать воздух после каждого слова. — Он… занят… с котятами. Белогривка, зевнув, снова улеглась на свою подстилку. — Растолкай меня, если передумаешь. Синегривка долго лежала в темноте, корчась от боли. Настойчивое желание снова посетить поганое место заставило ее выйти из палатки, и она, пошатываясь, побрела через поляну. Занимающееся утро разлило молоко рассвета над горизонтом, и тьма начала рассеиваться. Воздух был холодным, свежим и чистым, и Синегривка зябко поежилась.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Я собираю патруль!

Космач, Рябинка, Змеезуб и Алосветик уже сидели вокруг предводителя, а Златошейка и Львиногрив нетерпеливо бегали рядом.

Синегривка встряхнула усами, отгоняя невеселые мысли, и подошла к ним.

— Где Пятнистый? — спросила она. Собирать патрули издавна было обязанностью глашатаев.

— Он заболел, — сказал Солнцезвезд.

— Разве ты не заметила, как он исхудал в последнее время? — спросила Златошейка.

Синегривке стало стыдно. Только сейчас она поняла, что была настолько поглощена своим горем, что не обращала внимания на окружающих.

— А что говорит Пышноус?

— Обещает облегчить его боли и в скором времени поставить на лапы, — ответил Солнцезвезд. — Но он знает, что с ним такое?

Глаза Солнцезвезда потемнели.

— Нет, но говорит, что это пройдет через несколько дней, как было раньше.

«Как раньше? Выходит, Пятнистый уже давно болеет?»

Синегривка испугалась. Голые деревья ждали их впереди, словно затаившаяся в засаде лиса. Сейчас не время болеть!

— Остролап сказал, что ты зачислил меня в патруль? — спросила она у предводителя.

— Рассветный патруль уже ушел.

— Извини, — виновато опустила хвост Синегривка. — Я пойду со следующим. — Ничего страшного, — отмахнулся Солнцезвезд. — Я рад слышать, что ты навестила Белыша.

Он посмотрел на белоснежного котенка, тренировавшегося на поляне вместе с отцом.

— Можешь пойти поохотиться с Остролапом. У Синегривки упало сердце.

Впрочем, нет худа без добра. По крайней мере, она хотя бы ненадолго уведет Остролапа от Белыша. И дело вовсе не в том, что ей хотелось разлучить малыша с отцом, просто она видела, что Остролап дает Белышу все более трудные задания, и тот начал заметно уставать. Котенок с самого утра ничего не ел, а солнце уже стояло довольно высоко над лесом.

«Надеюсь, ты не ошиблась в нем, Белогривка!»

Издалека доносилось рычание чудища Древогрыза. Остролап и Синегривка бежали в сторону Высоких сосен. В это время года, когда трава на всей территории Грозового племени заметно полегла и поредела от ветров и дождей, сосняк оставался почти единственным местом, где можно было поохотиться.

— Я уверен, что Солнцезвезд должен как можно скорее потребовать назад Нагретые Камни, — сказал Остролап.

Всю дорогу он без умолку говорил о том, что новый предводитель обязан прогнать Речных котов с территории Грозового племени, и порядком надоел Синегривке своей болтовней.

— Остальные племена тоже ждут этого шага, — продолжал Остролап. — Если мы не прогоним рыбомордых со своей земли до наступления Голых деревьев, они будут считать нас ничтожными слабаками!

Когда Гремящая тропа скрылась за грудой аккуратно сложенных стволов деревьев, Синегривка резко остановилась. Она почуяла запах белки. Присев, воительница насторожила уши и вскоре услышала топот маленьких лапок.