ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Москва, 1921 год. После тяжелого дела серийного убийцы по прозвищу «Визионер» Дмитрий Самарин надеется на небольшой отдых, но судьба распоряжается иначе. Однажды ночью в старом особнячке на Большой Никитской происходит жестокое убийство. Жертве никто не желал зла, но и на случайное ограбление это не похоже: кто-то как будто мстил ей. Мите предстоит раскрыть новое преступление, а также разобраться с собственными страхами. Ведь за расследованием пристально следит та, перед кем он в неоплатном долгу…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Рассматривают, как редкое животное в зоопарке. Как заморскую капибару какую-нибудь. – Что вы увидели? – не выдержал сыщик. – Ничего, – улыбнулся мужчина. – Абсолютно ничего. И по глазам Митя понял, что тот не врет. Что же здесь, черт возьми, занятного? – Ты ведь смотрел на себя в зеркало, – голосом скучающего преподавателя отозвалась женщина. Так скудоумного студента пытается навести на правильный ответ хороший педагог. Митя сейчас ощущал себя абсолютным идиотом. – Знаете… Я пойду, пожалуй. Спасибо за все. – Ну как хочешь, – пожала плечами она и отщипнула еще одну виноградину. А сыщик, как и в первые моменты встречи, вдруг остро ощутил, что он тут абсолютно лишний. – Всего доброго. – Он чуть поклонился, развернулся и направился по уже знакомой тропинке в поле. – Дмитрий! Она окликнула его, когда Митя отошел на несколько шагов. – Да? Он успел лишь ответить, но не обернуться. Потому что затылком вдруг ощутил взгляд – не просто холодный, а леденящий. Вымораживающий. Сыщик застыл на месте, не в силах пошевелиться и повернуть голову. Нельзя смотреть назад. Ни в коем случае. Сердце колотилось как бешеное, и каждый его удар гулко отдавался в ушах. Казалось, что по спине вниз ползет колкий иней, превращая кожу и кости в хрусткий лед… – Ты хорошо послужил. Наша сделка закрыта. Оцепенение начало отпускать, и Митя понял, что все это время не дышал. Он вздрогнул, крохотными толчками втянул в себя воздух, с усилием сделал шаг, другой… Ноги двигались медленно, но с каждым рывком становилось все легче и легче. Самарин засунул поглубже в карманы совершенно заледеневшие руки и на ватных ногах зашагал к полю… Твою ж …! Ёкарный мор! …и проснулся в своей кровати от яркого солнца, которое слепило прямо в глаза. Первым делом сунул руку в карман, где не обнаружил ничего. Вскочил. Скинул одеяло на пол. Проверил все складки на простыне, поднял подушку, даже заглянул под кровать. Пусто. Получилось. Он упал на постель, раскинув руки в стороны и ощущая в душе бесконечную безмятежность и счастье. Получилось, черт побери! Он избавился от проклятого артефакта. Глава Последняя, В которой сталкиваются долгое прощание и новое знакомство И вновь Соня завтракала одна. Причина встать рано и не проспать сегодня была более чем серьезная. Вчера вечером, после семейного разговора, в особняк Загорских внезапно телефонировал репортер спортивного отдела Матвей Волк. Судя по голосу, сильно взволнованный: – Софья, простите, что звоню так поздно, но у меня есть две новости… – Хорошая и плохая? – севшим голосом спросила Соня. – Нет, что вы. Одна – очень хорошая. А вторая – пока не знаю. – Тогда давайте с хорошей. – Моноплан авиатрисы Нечаевой успешно приземлился в Нью-Йорке. – О боже… – У нее все хорошо. Она и вправду немного сбилась с курса.