ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Атака захлебнулась. Немцы встретили пехотные цепи красноармейцев шквальным пулеметным огнем. Новобранец Егор Щукин выжил чудом – его завалило телами погибших товарищей. С наступлением темноты, раненный, он все же сумел вернуться к своим. Позже, в госпитале, его еще долго мучил пережитый кошмар первого боя… Там же, на больничной койке, он познакомился с опытным разведчиком Николаем. Тот подсказал молодому пехотинцу, что ему самое место в разведке. Только там можно стать настоящим героем. После недолгих раздумий Егор решился на этот шаг, перевернувший всю его дальнейшую солдатскую судьбу…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ведь это не тот случай, когда он с хитроумным планом, заранее подготовленным и отработанным почти до мелочей, в полный рост подошел к немецким траншеям и заглянул в глаза врагу. В случае стычки на нейтральной полосе нужна мгновенная реакция, решительность, опыт. Сможет ли он так же отреагировать, как это сделал в критический момент Каманин? А ведь о подобном он уже слышал в госпитале от Николая, куда более опытного разведчика, чем любой из тех, кто сейчас служит в одном взводе с Егором. С любым в поиске такое может произойти.

– Каманин приказал Панину обязательно «языка» живым привести. А сам дальше отстреливаться стал и в сторону немцев повел, чтобы товарища прикрыть от огня. В суматохе ему это удалось. Панина зацепило немного, но «языка» он на себе приволок! А теперь мучается от того, что бросил Каманина погибать. А в разведке так не принято. Либо все возвращаются, либо все погибают. Это закон! Пусть неписаный, но – закон! Недавно, еще до твоего прибытия, мы так одну группу в полном составе потеряли. Потом, уже при тебе, ребята все вернулись, но Солодянкин в санбате умер, а Бушуев все еще на лечении. Но главное, что вышли все, никого не оставили.

Егор снова погрузился в размышления. Теперь, слушая Баранова, он думал о правильности действий разведчика, когда и приказ надо выполнить, и неписаный закон соблюсти, цена которому может быть измерена жизнью: своей или товарища.

– А те двое, что новенькие. Жаль их, конечно. Но опыта у них не было. Своего «языка» они везением добыли. Просто повезло им тогда. Невероятно повезло. А тут они ничего не смогли. Растерялись, наверное. Хоть и повоевали уже, обстрелянные были. – Баранов остановился и стал сквозь редко стоящие деревья искать глазами машину, о которой говорил Егору. – Немцы пошустрее оказались, в обход двинулись, с тыла зашли. Жаль ребят. Могли бы еще поработать, в поиски походить. Характер у них был!

Лейтенант указал на стоявшую машину, кабина которой виднелась сквозь лесные заросли.

– Довези его, Щукин. Ты ответственный. – Лейтенант посмотрел в глаза Егору. – Санитар с тобой опытный едет, старшина как-никак. Ты с ним там пробивайся везде. Обещай все, что сможешь. Тушенку привезем, спирт, шнапс трофейный. Что попросят, все доставим. Только Каманина пусть вылечат.

– Я понял. Все сделаю, товарищ лейтенант. Доставлю младшего сержанта, – бегло отвечал Егор.

Они подошли к машине, под капотом которой ковырялся шофер, облаченный в замасленный форменный ватник и сдвинутую на затылок грязную пилотку. Увидев приближающего к нему Баранова, он представился и, понимая ситуацию, тут же выпалил:

– Две минуты, товарищ лейтенант, все готово будет. Только свечи вкручу.

Взводный кивнул в ответ и посмотрел в сторону старшины-санитара, курившего в стороне.