ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Если соседи но тамбуру доверяют друг другу, они не запирают дверей. Если мужчина обманывает нескольких женщин сразу, одна из них непременно отомстит. Если в семье нет доверия — она разрушится. Если любят слишком сильно, порой убивают Аксиома не требует доказательств. Преступление — требует. И оно уже совершено… Тамбур Анна Малышева Если соседи но тамбуру доверяют друг другу, они не запирают дверей. Если мужчина обманывает нескольких женщин сразу, одна из них непременно отомстит. Если в семье нет доверия — она разрушится. Если любят слишком сильно, порой убивают Аксиома не требует доказательств. Преступление — требует. И оно уже совершено… ПРОЛОГ ПРОЛОГ Подземный переход Ночью подземные переходы метро начинают пугать всерьез. Можно испугаться кого угодно — нищего со столь зловещим лицом, что ему впору промышлять на большой дороге, а не просить Христа ради, опухшей бомжихи, которая невразумительно и вместе с тем агрессивно требует милостыню, продавца грошовых игрушек, который назойливо предлагает свой товар… Пугает не он сам, не его товар — уродливые собачки, заводные солдаты с автоматами, которые стреляют цветными огоньками. Пугает то, что вокруг него. То, что намертво въелось в сальную кафельную стену за его спиной, в плитки под его ногами. То, что и является истинным цветом ночи — не черным, а тускло-серым. Цветом голода, цветом отверженных, цветом преступления. И потому женщина с девочкой лет двенадцати, спешившие выйти из перехода, так испугались, услышав сзади резкий окли

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Кошка обнюхивала кота, тот, щурясь, блаженствовал. И вдруг, усыпив бдительность противника, из-за которого ей пришлось провести ночь в кресле, Васса заорала прямо ему в ухо, да так ужасно, что несчастный беженец подскочил на всех четырех лапах и забился чуть не под подушку.

— Да что там у нее? — глухо раздался из кухни отцовский голос. — Опять гульба?

— Васса, девочка… — уговаривала Маша, но кошка упорно шла в бой. Она была в ярости, а Пусик окончательно оробел. Кошка махала лапой у него перед мордой, шипела и так страшно подвывала, что испугалась даже ее хозяйка. :

— Мать, иди посмотри, что там, — услышала она через дверь. Отец как раз проходил мимо ее комнаты — шел к себе, одеваться. — Она же глаза девчонке выцарапает.

— Сейчас, — послушно откликнулась мать, следуя за ним. — Только ничего она не выцарапает. Наверное, мало мы ей капель да вали от гульбы…

Родители притихли. Минут через пятнадцать хлопнула входная дверь, еще через пять во дворе заработал знакомый мотор. Маша узнавала этот звук даже сквозь предутренний сон. Отец уехал. Было ровно шесть.

— Ну а теперь… — ворвалась мать, — давай, объясняйся! Что это за девочка? Откуда?

— Тише, она спит… — Маша взяла на руки кошку, которая по-прежнему продолжала стонать заунывным, прямо-таки загробным голосом. — Я знаю немногим больше тебя. Мы познакомились случайно, где-то неделю назад, в переходе метро. Вчера вечером она позвонила и попросила ее приютить.

— И ты согласилась?! — в ужасе воскликнула мать, даже не думая понижать голоса. Когда уезжал муж, она всегда говорила громко. Казалось, у нее были разные голоса на разные случаи жизни. — Она сбежала из дому? Она бездомная?

— Я ничего не… — начала было Маша, но тут же смолкла — девочка надрывно раскашлялась. Ее голова со спутанными волосами приподнялась было с подушки, но тут же бессильно упала, как цветок на сломанном стебле. Глаза приоткрылись. Они лихорадочно блестели и, казалось, не различали фигур, стоявших перед нею.

Женщина склонилась над постелью:

— Да она еще и больна!

— Неудивительно. Сбежала из дома в тапочках.

— В тапочках?! — Мать взглянула на два мокрых матерчатых комка, валявшихся возле кровати. — Да что с нею случилось?!

— Боюсь, она сильно простыла… — растерянно произнесла Маша. Ей пора было собираться на работу.

В ее постели лежала девочка, с которой она была едва знакома. Под подушку забился и вовсе незнакомый перепуганный кот. Мать была в недоумении. А отец? Что скажет отец, приехав с работы?!

— Нужно вызвать врача, — твердо решила Маша.

— Да?! Аза кого мне ее выдавать? За младшую дочь, что ли?! — немедленно огрызнулась мать.