ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Некие силы отправили молодого Георгия в прошлое. Век восемнадцатый. Могущественные империи вот-вот сойдутся в кровопролитной Семилетней войне. Наш современник забран в рекруты и брошен в водоворот этих событий. ... Сможет ли он изменить будущее? Совершить подвиг? Например, выжить в рекрутах линейной пехоты восемнадцатого века. Сможет ли он из солдат шагнуть в генералы? А ведь надо не просто выжить. Силы, забросившие Георгия в прошлое, хотят, чтобы он сделал ещё кое-что… Красные камзолы Иван Юрьевич Ланков Некие силы отправили молодого Георгия в прошлое. Век восемнадцатый. Могущественные империи вот-вот сойдутся в кровопролитной Семилетней войне. Наш современник забран в рекруты и брошен в водоворот этих событий. Сможет ли он изменить будущее? Совершить подвиг? Например, выжить в рекрутах линейной пехоты восемнадцатого века. Сможет ли он из солдат шагнуть в генералы? А ведь надо не просто выжить. Силы, забросившие Георгия в прошлое, хотят, чтобы он сделал ещё кое-что… Пролог Пролог Взрослые, рассказывая о своих приключениях, частенько дают такое объяснение своим поступкам: в то время, мол, я был молод и глуп. С высоты прожитых лет хочется дать такую же оценку многим эпизодам своей жизни. Но они, эти эпизоды, сделали меня таким, какой я сейчас. Каким бы я был, если бы обладал тогда послезнанием? И, главное, стало бы все лучше или хотя бы иначе? Может быть, стало бы. Может быть, я был бы лучше, чем сейчас. Может быть, меньше взял бы греха на душу… Но я даже рад, что у меня не бы

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ведь те по стереотипам должны быть жирными, с жадными маслеными глазками… Но при этом у него, как и у всякого уважающего себя счетовода, феноменальная память и компьютер с бесконечными базами данных в голове. Много раз слышал про него от разных людей, что наш квартирмейстер помнит каждую пуговицу, отпущенную на полк, и никогда ничего не забывает. А еще иногда на него что-то находит, и он начинает изображать из себя немца-педанта. Вот как сейчас, например.

Ну, подхожу, что ж делать. Встаю навытяжку перед распахнутой дверью кареты, смотрю на сидящего внутри секунд-майора, изображаю пожирание глазами начальства.

— Рассказывай. Все в подробностях. Как шел бой, чем закончился, что делал напавший, что делал ты.

Я слегка замялся.

— Ну, нападавший был один. Я, значит, проснулся… ну, до ветра сходить, а он тут полез. Ну…

Генрих Филиппович шлепнул ладонью по дивану кареты.

— Не так. Давай подробно. Где ты лежал? Где стояли караульные? Что видел? Какое решение принял и почему?

В общем, начал бомбить меня наводящими вопросами. Я аж вспотел, пытаясь объяснить свое это «чувствую», и при этом не упоминать гудок электрички с прочей мистикой. Допрашивал майор Стродс умело, чувствовался большой опыт. Да уж, несладко приходится полковым каптенармусам и фуриерам при таком-то начальнике! Очень уж дотошный и въедливый.

Где-то через четверть часа расспросов майор подвел итог:

— Итак, он был один. При этом напал на обоз, охраняемый дюжиной солдат. И, по твоим утверждениям, атака была проведена так, что, если бы не толстый шарф на шее солдата, он мог бы добиться успеха. Вопрос: что было целью его атаки? Не думаю, что он бы смог зарезать всю дюжину, а потом забрать сундук с казной. Второй вопрос: где его лошадь? Где его слуга, если таковой был? Где его опорный лагерь, если таковой был?

— Ваше высокоблагородие, прошу прощения… но мне кажется…

Раздраженный хлопок Стродса.

— Если кажется — креститься надо. Ты солдат или мнительная барышня?

Поправляюсь:

— Виноват! Я считаю, что целью были вы.

Стродс одобрительно кивает.

— Продолжай! Откуда такие выводы?

— Ну так. Казну один не унес бы. Да и вряд ли он нуждался в деньгах. Вот, посмотрите, какой я у него трофей взял, — достаю один золотой слиточек и протягиваю его секунд-майору.

Тот отреагировал спокойно. Ну золото и золото. Покрутил в руках, рассмотрел и положил рядом с собой на диван.

— Казну можно унести и на лошади, а золота много не бывает. Но ладно. Давай дальше.

— Ну вот. В общем, я так подозреваю, что он был шпион.

— Опять шпион? Не слишком ли много шпионов в твоей жизни, Серов? Летом уже был один. Куда еще одного лепишь?

— А что? Это вполне нормально. Время предвоенное, вся наша армия стоит в одном месте. Ясно, что все шпионы будут крутиться или в столице, при дворе, или тут, при армии.