И даже тогда, когда на дороге чинили ось многострадальной коляски, кучер Стродса все как-то больше жестами общался. А сам Генрих Филиппович общался с ним на каком-то другом языке, смутно похожем на латышский.
Никиту и Степана я отдал в распоряжение Луке Исааковичу, который также развил бурную деятельность по размещению полка во Пскове. Предводитель дворянства — должность новая, недавно придуманная, и никто из самих дворян толком еще не понимал, как она должна выглядеть. Было пожелание графа Шувалова, чтобы в каждом уезде каждой губернии дворяне-землевладельцы выбирали себе старосту, который от имени всех будет вести переписку с губернатором, а то и с Петербургом. Чтобы уменьшить количество волокиты, так сказать. Вот Лука Исаакович и вызвался на эту должность. Теперь на него легла обязанность самостоятельно договариваться с домовладельцами и землевладельцами о размещении и снабжении артелей, капральств, команд и рот нашего полка всем необходимым. А именно — водой, провиантом, дровами, соломой, брусом, тканью, сукном, гвоздями, скобами, бочками… Список закупочных позиций впечатлял. Я, если честно, ни разу не смог дочитать его до конца. Так, лишь заострил внимание на странной формулировке «ведро деревянное емкостью полведра и ведро». После чего решил, что канцелярия — это не мое. Тут нужно некое особенное мышление. А я на канцелярите разговариваю еле-еле, да и то со словарем. Приходилось потихоньку вникать в особенности хозяйственной деятельности, с которой мне придется столкнуться на должности капрала. Какие ведомости заполнять и в каком виде подавать их каптернамусу, где артелям закупать еду для котлов, где брать дрова… Так что пусть ведрами емкостью в полведра занимаются другие, кому это по должности положено.
Первые два дня мы ночевали на постоялом дворе, а днем оборудовали цейхгауз в одной из башен Крома. Цейхгауз — это арсенал, если по-голландски. Ну или армерия, на новомодный французский манер, от слова l’arme — оружие. По идее, находясь на постое в городе, мы должны были бы мушкеты держать на закрытом складе, а не ходить везде вооруженными, как в летних лагерях. Но сейчас официально время считается военным, потому оружными должно ходить не менее четверти личного состава. Как раз одна тройка моего невеликого воинства. Из которых двое — у Симанского, а один — в карауле у армерии. Сторожит то место, где когда-нибудь будут храниться порох, пули и бумага местного, псковского производства.
Целыми днями я мотался хвостиком за господином квартирмейстером по местным мануфактурам, оформляя заказы на все это имущество. Со сроками поставок от нынешней недели до самой весны.






