Лихорадочные мысли, скачущие с одной на другую, не давали ей сосредоточиться на чём-то конкретном. Было в том, что сказала ей Света, что-то неправильное, но в то же время разве сама она не задумывалась о том же? Усевшись в первую попавшуюся маршрутку и даже не взглянув на её номер, Алёна забилась в самый дальний конец, обхватила себя руками и только тогда поняла, что её колотит крупная дрожь. Никита не мог с ней так поступить. Он бы никогда не пошёл на подобное. Всё это выдумка Светы, чтобы рассорить их. Чтобы породить сомнения в том, в чём она не имеет никакого права сомневаться. Или всё же — имеет? ОТРЫВОК 8 Алёна выдержала ровно полчаса — то время, которое у неё занял путь до дома. Здесь, в их с Никитой квартире, где всё дышало теми несколькими днями, что они провели бок о бок, думать о том, что всё случившееся они втроём спланировали заранее, было особенно чужеродно и болезненно. Готовить ужин она так и не стала. Ходила из угла в угол, сжимая в руке телефон, и думала о том, набрать ли номер Никиты и потребовать ли от него ответов на свои вопросы прямо сейчас или дождаться, когда он вернётся. Он наверняка был занят на работе, а она… она понимала, что не сможет сдержаться. Пребывать в неведении и дальше было выше её сил. Даже предательство Николая на этом фоне как-то померкло. Как будто было в чьей-то чужой жизни. А Никита… если Света сказала правду, и он действительно пошёл на это по её просьбе, то она просто не представляла, что ей делать дальше. От мысли, что в любой момент ему может всё это надоесть, внутри всё переворачивалось. Но ведь Никита был таким предупредительным и нежным. Таким искренним. Алёна быстро набрала на мобильном его номер, вновь принимаясь расхаживать из угла в угол и молясь, чтобы он всё же ответил. И когда на том конце послышался его голос, выдохнула. — Алён, у тебя срочное что-то? — без приветствия спросил Никита. — У меня встреча сейчас важная. — Срочное, — откликнулась она эхом. — Очень срочное. — Что случилось? В его голосе послышались нотки тревоги, а Алёна, сделав глубокий вдох, задала вопрос: — Скажи мне… ты замешан в истории с Николаем? Возникла пауза, которая показалась Алёне какой-то непомерной, будто разверзнувшаяся прямо перед её ногами пропасть. И когда Никита уточнил: — К тебе мать приезжала? — эта пропасть только разрослась. — Неважно, кто приезжал. Ты замешан? Он снова молчал, только где-то там рядом с ним, словно рой пчёл, гудели чьи-то голоса. Или это были неистребимые мысли и страхи в её голове? — Алён, давай я домой через пару часов приеду и мы всё это обсудим, окей? — Просто ответь. Да или нет? — Да. Но я и сам тебе собирался всё рассказать сегодня. Я буду через два часа. Мы с тобой всё обговорим и решим, хорошо? Он, кажется, говорил что-то ещё, но Алёна уже не слушала.

Об этой истории
Сколько бывает измен, столько можно написать о них историй. Эта — будет о том, как можно оказаться на изнанке собственной жизни, где слишком больно и горько. О том, как можно потерять всё, но обрести гораздо больше. И о том, как можно изменить. Себя. Или себе. Изнанка Полина Рей Сколько бывает измен, столько можно написать о них историй. Эта — будет о том, как можно оказаться на изнанке собственной жизни, где слишком больно и горько. О том, как можно потерять всё, но обрести гораздо больше. И о том, как можно изменить. Себя. Или себе. ЧАСТЬ 1 ЧАСТЬ 1 ОТРЫВОК 1 — Да мать твою, куда ты прёшь? — Никита! Ну ты вообще монстр. — Да он сука просто. — Хорошо, что я не леди. — Хорошо, что мне не хочется извиниться. — Хам. — Ещё какой. Алёна поджала губы и посмотрела на Никиту внимательнее. Молод, горяч, машину ведёт жёстко, то перестраиваясь так, что приходится оттормаживаться, то матерясь, когда его подрезают. Если бы не была в подпитии, наверное, уже бы возмутилась. Но кричащая из динамиков музыка, ветер, долетающий в приоткрытое окно, молодой парень за рулём, который едва ли не в сыновья ей годился — всё это стирало границы. — Во всём такой? — Что вы имеете ввиду? — Да ничего. Алёна поморщилась. Это его обращение на «вы» неприятно резануло слух. — Хочешь, на «ты» перейду? Он что, мысли читает? Алёна снова посмотрела на Никиту. Красивый, даже слишком. Будь ей лет на пятнадцать меньше, она бы показала этому парню, по чём фунт лиха. Но он был не просто непростительно молод, но ещё и я





