Не для того я отдавала свою единственную дочь в руки мужчины, чтобы на перепутье супружеской жизни она осталась обманутой проходимцами, а я, милосердный опекун твоего счастья, встретила старость в отсутствии всякой надежды на твою добродетель.
Твоя безалаберность нанесет неизлечимую рану нашим отношениям, и в самых страшных снах я буду повторять из раза в раз, что не воспитала в тебе человека, которым могла бы гордиться. В конечном итоге мне придется заявить об отсутствии у меня дочери и отказаться от моей дорогой Эвелин. И поступки, совершенные мною, будут служить мне душевной болью за мягкотелость и нерешительность в своих наказах. Единственным правильным решением будет передача в мое ведение поместья, дабы твоя рассудительная наставница смогла сохранить пошатнувшийся очаг.
Пусть ангелы благоразумия не оставят тебя. Пусть падут искусители, да сгорят в адском пламени их похотливые деяния. Пусть все испытания ты встретишь с достоинством, покорившись судьбе, сохранив доброе имя семьи. Да не оставит тебя моя добродетель.
С искренностью на устах и пламенем в душе твоя горячо любимая Луиза Леклер».
Из дневника Эвелин Лемуан (март 1818 года):
«Я ошарашена, я сбита с толку. Я поддалась вашей идее снов и книг. Когда закончила воссоздавать роман, который вы однажды мне читали, решила записать и свой тревожный сон. Там про корабль, шторм и море. И вот! О, ужас! Вижу продолжение! Я так же, как и вы, увлечься поспешила сновидением. Теперь я буду все пером обозначать в своих листах! Теперь я знаю: вы погибли, утонули. Но я жива осталась! Я спаслась! Я выплыла на берег!»
Глава семнадцатая. Лидия
Глава семнадцатая. Лидия
24 января 2009 года в мою дверь кто-то постучал. Я не люблю неожиданные визиты, особенно вечером. Вот и в этот раз с огромным нежеланием открывать незнакомцу дверь я медленно зашагал по коридору своей квартиры. Передо мной стоял молодой человек в ярко-желтой куртке с большими красными буквами на ней. В руке у него была продолговатая коробка и лист бумаги. Он устало улыбнулся, протянул мне посылку и попросил расписаться в бланке. В этот миг я еще не подозревал, что совсем скоро мои повседневные расплывчатые представления о жизни навсегда изменятся.
Внутри обыкновенной картонной коробки, обклеенной полупрозрачной коричневой лентой и едва заметными следами от печатей я обнаружил письмо от моей подруги Кэтрин Келли, несколько фотографий ее молодой семьи и аккуратно свернутый серый пакет. Поскольку уже давно мне не приходили посылки такого рода, ведь теперь практически вся переписка происходит в интернете, содержимое чрезвычайно сильно увлекло меня. Плюхнувшись на пол, я выложил перед собой разукрашенные изящным почерком листы бумаги и принялся вчитываться в каждое подаренное слово.






