– Болеет? Да в маразме наша Марьятта! Она всю пенсию пекла блинчики через день, но теперь память стала подводить, и она не помнит, пекла ли вчера. Раньше-то Марьятта таких, как вы, курят в классе по всем предметам гоняла, каждый школьный учебник наизусть знала! А теперь я за ней, бедолагой, присматриваю, никто ведь больше не поможет бедняжечке, не проведает горемычную! Всё на мне, всё на мне… – Ритва возвела глаза к небу и выдержала драматическую паузу. – Она меня по утрам спрашивает: «А что, Ритва, я блинчики-то вчера пекла или нет?» А я: «Нет, Марьятта, вчера не блинный день был, сегодня б надо блинчики выпечь!» Она и печёт! – Ритва закатилась от смеха. – Ну всё, я полетела, а то ничего не достанется! – Нахлобучив шапочку поглубже, ворона устремилась к дому Марьятты.
Фазанчики озадаченно уставились друг на друга. С одной стороны, что-то всё-таки в этой деревне происходит: в конце концов, блинчики каждый день – не так уж плохо. С другой, выясняется, что обещанные папой северные сияния, из-за которых они переехали в Лиеску, исчезли вместе с лисой! Олли вздохнул и спрыгнул с крыльца прямо на цветущую клумбу.
– Всё ещё тут? Теперь клумбу мне топчете? А ну прочь с места преступления, улики затаптывать вздумали! – На пороге появился спортсмен Раф, на этот раз почему-то с лупой в лапе.
– Какое ещё преступление? – Хохолок у Олли встрепенулся и потемнел, как и всегда, когда фазанчику становилось страшно.
Мастиф припал к земле и принюхался: так и есть! Охотник за протеиновыми батончиками снова был здесь прошлой ночью. И старый детектив Раф уже чует, кто этот негодник…
– Лиса! Больше некому! – Мастиф повернулся в сторону горы Ивари и погрозил кулаком куда-то в воздух. – Ума не приложу, зачем ей мои батончики! А на вашем месте, дети, я бы поодиночке по нашей деревне не разгуливал. Я вам как бывший полицейский заявляю: по Лиеске бродит очень опасный преступник с не очень понятными намерениями! И я догадываюсь, кто это – одна пенсионерка-разбойница по имени Аврора! На прошлой неделе она стащила протеиновые батончики прямо вместе с моим беговым рюкзаком, в котором, между прочим, у меня были и фонарик, и бинокль! Э-э-эх, пойду задокументирую произошедшее… – И бормочущий Раф удалился в дом.
– Титта, ты слышала, что он сказал? Лиса – опасный преступник! Поодиночке не ходить! – Олли нервно пощёлкивал клювом.
Но сестра уже унеслась в дальний конец сада и, пригнувшись, разглядывала что-то на дорожке.
– Смотри-ка, следы! Лисьи! Лиса где-то здесь! Она рядом! – Титта торжествующе помахала обёрткой от протеинового батончика. – А теперь бежим к Марьятте, Олли! Там блины! – Олли вздохнул, помотал головой и поспешил за сестрой.






