Не знала, какой этот город. Думала, что он такой же, как Хардан. Жёсткий. Грязный. Где каждый выживает как может.
Голос начинает дрожать.
— Я проникла обманом. Каждый день жила, зная, что вру. И с каждым днём понимала, что здесь всё по-другому. Люди честные. Держат слово. Защищают своих.
Я делаю вдох, который режет грудь.
— И я знала, что в какой-то момент предам их.
Луна шепчет:
— А Крейден?
— У меня появились к нему чувства.
Слова выходят тяжело, почти шёпотом.
Луна сразу спрашивает:
— Почему ты не сказала ему правду?
Поднимаю на неё глаза, и слёзы уже текут по щекам.
— Потому что я вошла в его город обманом. Жила среди вас, каждый день скрывая цель. Если бы я сказала правду, он бы выгнал меня. Ты знаешь его. Он бы так и сделал.
Я качаю головой.
— А моя мать умерла бы. У меня не было другого шанса. Мне нужен был Кордекс.
Айлин тихо выдыхает. Луна опускает голову, и я вижу, как в их глазах появляется понимание.
Айлин мягко говорит:
— Я не уверена, что Крейден смог бы простить тебя, если бы узнал всё тогда. Возможно, это и правда был единственный способ спасти её.
Луна осторожно спрашивает:
— А дальше? Как Хардан узнал про Кордекс?
— Я вернулась. Дала матери Кордекс. Через несколько дней она уже ходила. Сама. Улыбалась. Я думала, что всё закончилось.
Горло снова сжимается.
— Но в Хардане быстро поняли, что она выздоровела слишком резко. Лидер пришёл ко мне. С угрозами. Я знала: если я не скажу хоть что-то, они убьют её. А потом будут пытать меня. И тогда я расскажу всё. Любой человек ломается под болью.
Я смотрю на них прямо.
— Я решила сказать половину правды.
Айлин замирает.
— Половину?
— Я сказала, где взяла Кордекс. Сказала, что он лечит раны. Но я не сказала про Сектор А. Не сказала о преимуществах Демариса, Аксейда, Крейдена.
Я чувствую, как снова поднимается боль.
— Я знала, что Аксейд услышит их раньше, чем они подойдут к воротам. Знала, что Крейден будет готов. Знала, что он выстоит.
Луна медленно качает головой.
— То есть… даже тогда ты думала о городе.
— Я не хотела войны. Я хотела выиграть время. Чтобы они недооценили Арею. Чтобы вы были готовы.
Айлин выдыхает с дрожью.
— У тебя действительно не было выбора.
Луна сжимает мою руку сильнее.
— Ты защищала мать. И город.
Я смотрю на них сквозь слёзы, и впервые кто-то видит не предательницу.
А человека, который выбрал невозможное.
Луна долго молчит, а потом тихо спрашивает:
— А где твоя мама сейчас?
Вопрос простой. Но внутри меня что-то рвётся.
— Она… — голос ломается. — Она осталась в Хардане.
Луна не отводит глаз.
— Кайра.
— Её убили.
Тишина в столовой становится глухой. Айлин резко втягивает воздух. Луна закрывает рот ладонью.
И во мне всё рушится.
Слёзы льются сами, я больше не могу держаться.
— Всё было зря, — вырывается из меня. — Всё, что я сделала.






