После третьей рюмки Дементьев нагнулся к дяде:
– Дядь Василь! Отсюда до сих пор по вечерам автобус ходит?
– Э, что вспомнил! Давно уже нет никаких автобусов.
– Как же добираетесь до Переслава?
– Как придется. Я вот на мотоцикле езжу. Но забарахлил он что-то. Три десятка лет, считай, отработал. Видно, придется в утиль пускать «Восход».
– Понятно! А на чем мне хотя бы до трассы добраться?
– Ты что, уезжать собираешься?
– Да!
– Так ведь только приехал. Поживи денек-другой, чего тебе одному в городе делать? Здесь все ж родные.
– Не могу! Тошно мне здесь!
Брат, услышав разговор Андрея с отцом, воскликнул:
– Куда ты собрался, Андрюха? Так не делается. Погости немного! Хоть у нас, хоть у себя в доме, там чисто, прибрано все! Хочешь, я с тобой.
Андрей, повысив голос, ответил:
– Нет! Не могу я остаться! Уеду. А дом? Переезжайте-ка вы, Саня с Верой, туда. И живите отдельно, чего родителей стеснять!
Василий Наумович резко возразил:
– Щас! Подавай им все готовенькое. Во дворе и бревна, и кирпич, и цемент, песка у реки бери не хочу. Пусть пристройку сзади хаты ставят. Хоромы, понятное дело, не получатся, а комнату с кухней вполне справят. Плюс спальня. Отсюда дверь заложат, а вход со двора сделают. Вот и получат отдельное жилье. С крышей помогу. Надо когда-то что-то и своими руками сделать. А то жирно и несправедливо будет, даром им цельный, крепкий еще дом отдавать. Он, Андрюха, твой. Хочешь – живи, не хочешь – продай! Сейчас частенько из города покупатели приезжают, земля в цене стала. И дают немало по нашим меркам. Да и сельчанам выгодно. Построят коттеджи, глядишь, и дорогу проведут, тот же газ природный. А Санька с Веркой пусть строятся.
Вера хмыкнула:
– Сказали, папа, тоже, строиться! С кем строиться? С Саньком? Он настроит. А я ломаться не буду.
Андрей поднялся:
– Ладно! Разберетесь тут.
Он повернулся к Василию Наумовичу:
– Так есть на чем до трассы доехать или придется пешком топать?
Тетка попросила:
– Остался бы, Андрюш!
– Не могу, теть Шур, извини. Приеду позже, на девять дней, тогда, может, и останусь на недельку. А сейчас не могу.
Василий Наумович спросил:
– Так ты что, прямо сейчас ехать собираешься?
– А чего время тянуть?
– Тогда посиди с родней, я до Петрухи, бывшего объездчика, дойду, у него «Москвич» еще 408-й модели. Если на ходу – а вчера он к реке ездил, видел, – то Петр довезет и до дома. Посиди!
Василий Наумович ушел. Через полчаса у дома остановился старый синий «Москвич». Петр Григорьевич зашел в хату вместе с дядькой Василием:
– Здорово, Андрюха! С возвращением тебя!
– Спасибо, дядь Петь.
– Только вот встреча грустной вышла. Но что поделаешь, все там будем. Так тебя до Переслава довезти?
– Не обязательно, можно до трассы, там поймаю попутку.
– Ага, поймаешь! Сейчас тебе не прежние времена. Ныне ни один водила не остановит.






