«…Не будь у меня в голове и на кончике моего пера некой французской королевы пятнадцатого века, жизнь бы мне окончательно опротивела и пуля уже давно избавила бы меня от этой нелепой шутки, каковую именуют жизнью», – писал Флобер. Потому что автор здесь вовсе не третьеразрядный факир, погружающий вас в литературный транс. Автор – такая же жертва реальности, как и читатель. Вместе они пытаются скрыться в несуществующих ныне западных провинциях несуществующей же империи, отдышаться в позабытом позапрошлом веке – в его быту и слоге; пробуя их на вкус, проникаясь чуждыми нашей эпохе дилеммами между долгом и чувством, чувством и честью, честью и – смертью.
И если кому-то чтение моих страниц даст передышку, а вместе с ней – силы встретить новый день, вновь отдавшись на растерзание жестокой жизни, значит, там, внизу, на речной отмели, Де Бриак не зря снова и снова наводит пистолет на барона…
Прислушайтесь – еще секунда – и раздастся выстрел.






