ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Главная тема повести «Сердцебиение» — современный политический террор: автор пытается заглянуть в душу будущего убийцы. Сердцебиение Кэндзи Маруяма, Борис Акунин Главная тема повести «Сердцебиение» — современный политический террор: автор пытается заглянуть в душу будущего убийцы. Небо как-то внезапно нахмурилось, и городок, еще несколько мгновений назад... Небо как-то внезапно нахмурилось, и городок, еще несколько мгновений назад охваченный жарким дыханием уходящего лета, разом потускнел. Люди на привокзальной площади не успели и опомниться, как хлынул проливной дождь. Поползли вверх боковые стекла выстроившихся у стоянки такси, бросились к зданию вокзала те, кто ждал поезда, прочая публика устремилась ко входу в крытые торговые ряды. Небольшая сутолока и неразбериха — и нарушенное ненадолго спокойствие восстановилось. Все уже привыкли к этим неожиданным ливням, и сейчас ни один человек даже не остановился, чтобы взглянуть на потемневшее небо. Крупные капли с силой колотили по асфальту мостовой, по разноцветным крышам, смывая измучившие город пыль и зной. Дождь лил уже совсем не по-летнему — ровно, монотонно, без порывов ветра и раскатов грома. Я выключил кондиционер, заглушил мотор и слегка подкрутил боковое стекло, чтобы дождь не заливал сиденье. В воздухе запахло сентябрем. Пожухлая от солнца листва городских деревьев словно вздохнула с облегчением, а тяжело дышавший на соседнем сиденье пес спрятал свой длинный язык. — Ну, подождем еще немного, — сказал я ему. Этот лохмат

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мне таких до сих пор встречать не приходилось. Если, конечно, я не ошибаюсь и послезавтра ему предстоит взять в руки тот нож.

Он еще может спастись — у него масса лазеек. Сказаться больным или даже нарочно упасть с террасы и сломать ногу. Да что там — ночью, когда я сплю, просто потихоньку удрать с виллы, и дело с концом. Только он этого не сделает. Да и я с него глаз не спущу.

Когда мы выехали на автостраду, я вдруг взял и спросил парня, что он обо мне думает. Само сорвалось с языка, я тут же пожалел об этом. Что за идиотский вопрос! Но так хотелось услышать ответ! Парень долго ничего не отвечал, сидел с угрюмым лицом, сложив руки на животе, и молчал. Наконец сказал:

— Вы не вполне мне понятны.

Такой ответ устроить меня не мог, и я вцепился в него всерьез, стал допытываться, что именно во мне ему непонятно. Я что, кажусь ему скрытным, скользким?

— Вовсе нет, — очень серьезно ответил парень. — Просто мне ничего о вас не известно.

Но меня уже было не остановить, я завелся не на шутку. Бог с ним, с именем, и биографией тоже, но хоть понимает он, что я за человек?

— По-моему, вы хороший человек, — ответил парень.

Мне от него было нужно совсем не это. Я хотел знать, подхожу ли я, по его мнению, для такого дела. Нет, даже не это. К какой стороне общества следует отнести меня — к фасаду или изнанке? Опять не то. Что же я все-таки хотел от него услышать? Может, для того чтобы решить, как жить дальше, мне необходимо было узнать, чего я стою, по мнению этого молодого, младше меня лет на пятнадцать, парня? Или я жаждал откровенности, добивался, чтобы он принял меня послезавтра в полноправные соучастники? У меня наготове были новые вопросы, но парень перебил меня:

— Давайте оставим этот разговор. — Он коротко взглянул на меня и снова стал смотреть на дорогу. — По-моему, и самому человеку не дано понять, что он представляет собой на самом деле.

На этом беседа и закончилась. Сказать мне больше было нечего. Парень абсолютно прав. Я действительно сам себя не понимаю — почему, попав в такую передрягу, я не испытываю ни малейшего страха? Почему не пытаюсь бежать? Почему я не смог жить так, как живут остальные люди? Весь я состою из одних противоречий. Ничего-то я о себе не знаю.

Несусь я на чужой машине в какой-то неизвестный мне город, рядом — незнакомец, от которого за версту несет опасностью. Что мог ответить парень на мой дурацкий вопрос? «Вы хороший человек» — и больше ничего. Я тоже ничего не могу в нем понять, хоть мы прожили бок о бок уже много часов, вместе ели, рядом спали. Может быть, послезавтра он станет мне понятнее.

Я стал думать об этом дне. Вполне вероятно, что у парня ничего не выйдет. По-моему, шансов на успех у него мало. Быстрые ноги, сила и ловкость вряд ли помогут ему прорваться через охрану.